Стальной конвой

Шумно вытерев нос, он продолжил осторожно шагать к башне. Подойдя к входу, остановился, покопался в карманах, вытащил спички, зажёг. Вспышка осветила бородатое лицо аборигена. В это время разведчики, выскочив из кустов, начали крутить его. Однако неизвестный в это время зачем-то наклонился, и поэтому зажать ему сразу рот не удалось.

– А-а-а-а-а!!! – завопил тот. – Вы чё делаете?

– Заткнись, гнида! – страшно прошипел один из разведчиков, пихая ему кляп в глотку.

Напарник умело вязал руки «языку».

Подхватив пленника на руки, они по намеченному еще засветло пути отошли к трёхэтажному дому. Вскоре к ним присоединились остальные.

– Чего он у вас орал? – недовольно спросил Сабиров. – Вдруг с ним кто-то ещё был?

– Да вроде он один был, – сказал дозорный, давший световой сигнал. – Я больше никого не видел и не слышал.

Другие разведчики тоже сообщили, что кроме сопливого бородача, ничего не заметили.

– Всё равно, – Сабиров сплюнул. – Не дети, не первый раз. Аккуратней надо действовать, внимательнее.

Ладно, пошли на базу.

Он наклонился к «языку» и зашипел тому в ухо: «Если ты, гад, вздумаешь бежать или пакостить, я тебе кишки на шею намотаю и на них повешу!»

Собеседник, чьё лицо подсветили узким лучом фонарика, мотал головой, пытаясь выдавить кляп. Тело его вдруг начало сгибаться и дёргаться. Сабиров взял его рукой за плечо, а другой выдернул кляп. Пленник шумно задышал, успокаиваясь.

– Я, у меня, я, у меня нос заложен, не работает совсем, – он зашумел носом, извергая слизь.

 – Вы мне рот не затыкайте, я дышать только им могу. А если рот закроете, то я умру или задохнусь совсем.

Сабиров секунду молчал, потом взял его за грудки.

– Ты понял, что если начнёшь шуметь, я тебя на твоих кишках повешу?

– Да, да, я тихо буду, – бородатый вытер нос о своё правое плечо. – Только быстро не идите, а то задыхаюсь я. Но я вам ничего не скажу. Вы бандиты, плохие люди.

– Так, – Сабиров прислушался, не обращая внимания на обещания пленника.

 – Идём клином. Сопливый в центре. Я замыкающий. Пошли.

Группа выбралась на улицу, снова перешла речку по мостику, и миновав здание, где отсиживались днём, небыстрым шагом двинулась в сторону вокзала. Технику решили не вызывать. На незнакомых улицах, ночью, её можно было легко потерять в нежданной засаде неизвестного врага.

Под ногами шуршал много лет копившийся мусор, трещали сгнившие веточки. Маршрут был намечен ещё днём.