Призрак

Тут и я подоспел! Думаю, как раз минут десять и прошло с того момента, как я зашел к тебе в офис. Кофе еще не остыл, и я успел это заметить! Вот! Короче сдавайся, госпожа Лиса! – закончил я и тоже закинул ногу на ногу.

– А ты молодец! Даже со Степанычем угадал, он действительно меня сегодня подбросил. У меня вчера автомобиль сломался, – Лиса пододвинулась поближе ко мене и облокотилась на стол, сложенными по-ученически руками, – Для второго дня занятий ты делаешь невероятные успехи. Степаныч был прав, впрочем, как всегда! У него на людей глаз наметан.

В тебе он киллера разглядел сразу. Говорит, прирожденный, от Бога, так сказать!

Я почувствовал, как краснею. Люблю, когда хвалят. Очень, знаете, приятное чувство.

Лиса заметила мое состояние:

– Не обольщайся! Все только начинается. В твоей профессии очень важно следить за последовательностью речи собеседника – контрагента, отмечать маркеры в его речи – те моменты, слова, значения и трактовки, за которые можно «ухватиться» и сделать соответствующие выводы или заключения: врет ли собеседник, пытается ли ввести тебя в заблуждение, срисовать его эмоциональную картину, понять, наконец, модель поведения твоего контрагента и выявить соответствующие отклонения в уже построенной модели.

Она снова уткнулась в монитор ноутбука, ненадолго замолчала, затем продолжила:

– Сегодня будем изучать различные психотипы людей и их поведенческие особенности…

…

В таком режиме мы прозанимались до двух часов дня.

Затем был обед. И мое дебютное знакомство с Вороном, инструктором по огневой подготовке. Он меня познакомил с одним из видов винтовок. Я немного пострелял и поучил теорию.

Затем наступил вечер. Я был доволен собой и немного уставший от свалившегося на меня большого объема информации. Поэтому вечером я даже не заметил, как на автопилоте дошел до раздевалки и переоделся в деловой костюм, который благополучно оставил здесь со вчерашнего дня.

– Слышал, парень, ты делаешь успехи! Второй день, а уже в дневнике одни пятерки!

Я вздрогнул, от неожиданности, конечно же.

Потому что голос в пустой раздевалке был для меня полной неожиданностью. Я даже немного ступил:

– В каком дневнике? – тупо спросил я, поворачиваясь к источнику звука.

– Да я это фигурально высказался! Ты чего, Кирюха, утомился что ли от всех этих наук? – с улыбкой спросил Степаныч.

Если честно, я был очень рад его видеть.