Дамы тайного цирка

Если уж ей приходилось упражняться в игре на гитаре, можно было поупражняться и в этом. Неделями она натягивала и делала ярче старый шатёр. Однажды Лара даже смогла призвать карусель, но удержала её лишь несколько мгновений, пока та не исчезла. Неделей спустя в грозу шатёр перевернулся, и старая ткань окончательно разорвалась.

Пока продолжалось лето, к Сесиль приезжали пожилые мужчины и женщины, чтобы предаться воспоминаниям о старом цирке, как будто их приносило течением. Бывшие артисты долго ехали на своих старых побитых грузовиках, чтобы посидеть с Сесиль на крыльце, попить чай со льдом или джин «Танкерей» с тоником и повспоминать жизнь в былые времена.

Лара обожала таких гостей. Когда она видела старый пикап на подъездной дороге у дома Сесиль, она мчалась через поле, чтобы посмотреть, кто приехал. Сидя на крыльце, взрослые беседовали, пока Лара играла со своими Барби или Лего, притворяясь, что не слушает, – на деле она никогда не пропускала интересный рассказ. Циркачи были великолепными рассказчиками.

Один высокий нескладный мужчина над стаканом джина с тоником плакался Сесиль о потере своей любимой цирковой лошади от колик. Из своего короткого опыта общения с лошадьми Лара вынесла, что они таинственные, хрупкие существа. Мужчина был так расстроен, что Лара решила подарить ему свою игрушку – пластикового светло-жёлтого коня Джонни Уэста, по кличке Молния.

– Вы можете взять мою лошадь.

Лара помнила, что очень любила игрушку, и держала её за ноги, проверяя, что плотно закрепила маленькое коричневое седло из ПВХ.

Как будто это было самое выигрышное качество лошади.

Мужчина с признательной улыбкой отказался от игрушки, вытащил из заднего кармана носовой платок и вытер лицо.

Когда он ушёл, Сесиль опустилась на колени и села рядом с Ларой на пол – Лара почувствовала в воздухе запах её духов «L’Air du Temps». Загорелая до черноты, с коротко стриженными седыми волосами и лицом в форме сердца, Сесиль единственная из всех женщин, кого знала Лара, красила губы ярко-красной помадой, но сейчас, после затянувшегося приёма гостей, яркий цвет поблёк.

– Ты так мило поступила, Лара. Это было очень трогательно. – У Сесиль до сих пор сохранялся сильный французский акцент, и Лара временами обнаруживала, что сама считает «un, deux, trois» или говорит «n’est-ce pas»[5 - Не так ли? (фр.)].

Лара пожала плечами и заставила Молнию скакать галопом.

– Да это пустяки. Мне просто захотелось о нём позаботиться.

– Какие любопытные вещи ты говоришь.