Халява для раззявы

Он с удивлением заметил, что за соседними столиками сидели вполне приличные и даже интеллигентные мужики. Почти никаких бандитских рож. В зале было даже несколько женщин. Это поразило Филимона больше всего. Если молоденькие дамы без стеснения приходят полюбопытствовать на стриптиз, то чего ему-то, взрослому человеку, с наметившейся проплешиной краснеть и стесняться.

Посетители за столиками ели, тихонько разговаривали, ожидая, очевидно, начала представления. Филимон с аппетитом принялся пробовать экзотические блюда, ароматные и пряные.

Заиграла музыка, и на круглой сцене появилась первая участница шоу. Приятная, аппетитная пышечка в костюме, состоящем из крохотных трусиков и маленьких звездочек, как будто приклееных к соскам чрезвычайно пышных грудей. При появление дивы мужчины перестали жевать и разговаривать, а женщины сморщили носики в презрительных гримасках, говорящих: «И это стриптизерша? Дорогой, я могу лучше».

Пышечка исполняла танец, состоящий из набора каких-то эротических телодвижений и элементов танца живота. Она довольно ловко крутила пупком на своем округом гладеньком животике. В пупок была продета маленькая перламутровая бусинка, которая подрагивала в такт музыки, поднималась и опускалась вместе с пупком. Филя смотрел на эту бусину не отрываясь, поднять глаза выше или опустить ниже он не мог. Он боялся, что его дыхание остановится, а сердце выскочит из груди.

Однако, как говорят, нет предела совершенству. Филимон чуть не подавился этим самым кусочком, когда танцовщица повернулась к зрителям попкой. Тонкий шелк трусиков, натянувшийся на тугих ягодицах, чуть не стал последним, что мог увидеть Филимон в своей жизни. Он отчаянно закашлялся, лицо его приобрело синюшный оттенок, а проклятый кусочек никак не хотел освободить дыхательные пути.

– Вот это сила искусства, ты даже жевать перестал! – услышал Филя насмешливый голос Макса. – Фил, ты в порядке? – поинтересовался Максим, заглядывая в лицо приятелю.

Лоховскому повезло, что бывший спортсмен обладал замечательной реакцией и хладнокровием. Мощным ударом по спине он протолкнул кусочек баранины, застрявший в горле Филимона.

– Ап, ап, ап, – с шумом заглатывая живительный воздух Филимон пытался востановить дыхание.