Халява для раззявы

Сивухин, наблюдавший эту батальную сцену из своего укрытия, видел как на помощь девушке подоспели посетители магазина, которые с интересом наблюдали за битвой века. Дерущихся растащили по разным углам магазина. Прядь из пышного начеса мадам Мерзеевой выбилась и прилипла к потному лбу, придавая ее лицу некий налет озорства и фривольности… Разгоряченная борьбой, с ярким румянцем на щеках, Нина Михайловна выглядела довольно соблазнительно. Для любителей монументальных форм, конечно.

– Мадам, разве можно кидаться так на людей? – Поинтересовался коренастый крепыш лет пятидесяти, с золотой фиксой спереди, придерживающий Нину Михайловну за мощный «локоток».

В этом мужике Сивухин узнал своего директора, Михеича. «Интересно, – подумал он, – чего он тут делает? Неужели про марку пронюхал?» Сивухин решил выскользнуть из магазина, пока его не застукали. Объясняться с Михеичем, чего он тут делает в рабочее время, не хотелось. Работы лишаться – тем более. Поэтому Костик решил дослушать, чем закончится выяснение отношений за дверью.

Ясно было одно, самих журналов с ценным содержимым в магазине не было. Иначе, чего бы этот старый придурок-продавец ваньку ломал? Продал бы журналы обратно, и дело с концом. С этими мыслями Сивухин тихонько вышел, продолжая прислушиваться к происходяшему в магазине…

– Да… – почти всхлипывая, обиженно проговорила Мерзеева, – А обижать слабую женщину можно?

Коренастый крепыш, очевидно, был как раз любителем монументальных форм. Он пристальным взглядом окинул мощный бюст Нины Михайловны и, обратившись к продавцу, спросил:

– Короче, братан, я не понял, чего даму обижаешь?

– Кто обижает? Я обижаю? – засуетился продавец, почувствовав скрытую угрозу в словах добровольного защитника.

 – Извините, но мадам сама на меня набросилась. Я тут ни при чем.

– Нет, ты не понял, в натуре. Ты че попутал? Давай по понятиям разберемся… – снова обратился к нему крепыш с фиксой.

Тут внимание Сивухина отвлекла проезжающая мимо машина, через громкоговоритель, установленный на крыше автомобиля, жителей Кукуевскска приглашали посетить концерты известного певца Цецела.

Так что конец объяснений Нины Михайловны и букиниста он не услышал.

А в магазине происходило следующее:

– Мадам! – взмолил продавец, – Да нет у меня ваших журналов. Никаких журналов нет. Тем более, что сегодня ваш зятек за ними приходил, искал. Я ему адреса покупателей отдал.

Нина Михайловна побледнела, покачнулась и упала бы, если бы не крепкие объятия незнакомца.