Халява для раззявы

То там, то здесь на картонках, а то и просто на земле сидели нищие, просившие милостыню, опустившиеся бомжи, представительницы древнейшей профессии.

«Теперь мы одной крови, теперь мы – собраться по несчастью» – с грустью подумал Филимон Аркадьевич. Он нашел свободное местечко у стены, прислонился и попытался заснуть.

Сон все не шел и не шел, невольно Лоховский прислушался к разговору рядом. Два живописных субъекта с сизыми носами, от вечного пьянства, всклокоченными волосами и давно немытыми грязными лицами торговались со здоровым детиной.

Детина был очень похож на настоящего бандита из тех, карикатурных, что показывают во всевозможных фильмах. Филимону всегда казалось, что эти типы режиссерская выдумка. Огромная толстая шея, переходящая в бицепсы или трицепсы (Филимон Аркадьевич как далекий от спорта человек точно не знал), бритый череп, оттопыренные уши, перебитый нос. Мужик показывал мужикам какую-то бумагу и что-то предлагал.

– Не…, начальник, не… две, две бутылки «Трои» и на закуску бутылку «Анапы».

А на а… аванс, чирик. Трубы горят, душа требует.

Один из представителей «дна» пытался объяснить, чего и сколько нужно, размахивая грязными пальцами перед носом у качка. Бандитского вида мужик вытащил из кармана бумажник достал помятую десятку и кинул бомжам.

Затем он повернулся к Филимону и приказал:

– Мужик, вали сюда.

Филимон Аркадьевич сразу оценив неравенство весовых категорий, покорно встал и молча подошел к качку.

– Ты вот этого лоха не видел? – спросил он показывая Филимону бумажку, которая оказалась фотографией.

Лоховского прошиб пот, с фотографии на него глядел парень, который буквально два часа назад спас его от неприятностей. Филимон долго рассматривал изображение улыбчивого симпатичного парня в спортивном костюме, с медалью на шее. Затем собрал остатки своей воли в кулак и отрицательно мотнул головой.

– Заработать хочешь? – спросил качек.

Филимон опять мотнул головой.

– Дуй в задние вокзала, внимательно приглядись к пассажирам, в туалете посмотри, короче – везде.

Найдешь, полтинник получишь. Я подожду в машине, красный мерс, на пятачке у вокзала стоит. Понял?

– П-понял. – торопливо ответил Филимон.

Качек двинулся дальше, останавливаясь то там, то здесь, показывая фотографию.

Что делать?!. Что делать?. Рациональная часть Лоховского сознания требовала: «Беги, беги как можно дальше отсюда. Спасай свою шкуру». Другая часть, эмоциональная, убеждала: «Ты должен предупредить парня, что за ним охотятся.