Золотой утенок

Перед началом сеанса вы должны подержать купюру в ладони, подумать о том, что вас беспокоит, и передать свою просьбу, вместе с трансформатором энергетики в руки Ибн-бетте-шао-линю.

Олег усмехнулся, ищите дураков. Хотя, надо отдать должное, Толстяк напустил туману, смешав в одну кучу различные несовместимые для специалиста понятия из всех учений, времен и культур. Парамонов ждал, клюнет кто-нибудь или нет? Толпу нужно было разогреть, так просто со своими кровными расставаться никто не захочет.

Тут с места поднялся какой-то вихрастый пацан в больших роговых очках, типичный зубрилка-отличник.

– Скажите, как вы относитесь к идеям Блаватской?

Толстый засеменил к сидящему Скелету наклонил свое ухо к его губам и вернулся на свое место.

– Это некорректный вопрос – обсуждение взглядов и идей других людей отвлекает человека от созерцания своего собственного центра мироздания. Извините, но таким был ответ.

– А шамбала есть?

– А, правда, что можно приворожить человека?

– А вы не встречали там снежного человека?

– А когда «Красный текстильщик» заработает? – крикнули откуда-то сверху.

Толстый вернулся с ответом, правда, Олег ничего не понял, пришлось переспрашивать у соседа:

– Как только Рыжий покинет залив.

– Точно! Молодец! Вот дает! – зааплодировали зрители.

– Кто это? – поинтересовался Олег, у сидящего рядом мужика.

– Старый директор фабрики – рыжий. Никак его не выпрут с должности. А в кабинете у него на стене фотообои – залив, море, скалы, чайки.

– А… Как… Что… – вопросы посыпались как из рога изобилия.

Олегу показалась, что вопросы были заготовленными, отрепетированными, словно кое-кто из зрителей читает по бумажке. Может, так оно и было, Олег знал этот прием, частенько использовал его. Парочка пенсионеров или младенцев со смышлеными физиономиями получала небольшую сумму, задавала вопросы и получала на них ответы. Действовали они для разогрева публики, придавали шоу динамичность и достоверность.

Наконец начался исход жаждущих к источнику светлой энергетики.

Вначале поднялась какая-то толстая тетка, она сунула купюру Ибн-бетте и через пару секунд уже возвращалась обратно, рассказывая сидящим громким шепотом:

– Правду, правду сказал.

За толстой теткой в зал спустился мужчина в кепке, вернувшись, он тоже поделился с сидящими в зале:

– Точно, я куда-то сберкнижку на предъявителя засунул, а он, – мужик махнул рукой на экстрасенса, – говорит, поищи в шифоньере, на второй полке, где жена простыни держит.