Принц и Нищин

Несколько раз поглазел на вяло танцующих девиц, вопреки всем правилам казино составляющих подтанцовку и отвлекающих клиентов от игры, сунул одной из них в трусики десятирублевку, при этом едва не порвав последнюю деталь туалета бедной девочки. Впрочем, судя по всему, та приняла «деревянную» десятку за стобаксовую купюру.

Алик подошел к Сереже Воронцову.

– Ну как у тебя?… – осведомился он. – Чего-нибудь выиграл?

Воронцов молча сунул в вытаращенные глаза Мыскина пачку смятых пятисотенных, а потом все так же молча убрал деньги в карман.

– Уффф!.. – выдохнул Алик. – Это надо же, а?! Не, ну тут если такое дело, то надо срочно выпить по чуть-чуть.

– Ты, уже, кажется, чуть-чуть выпил, – отозвался Сережа, – может, тебе хватит?

– Ква… хва… да нет, ты че, успехи полагается вспрыскивать! – запротестовал тот. – А то дальше не пойдет.

– Ладно, – сказал Сергей.

Они подошли к стойке бар, и Воронцов, припомнив название упомянутого Юджином коктейля, сказал:

– Нам два коктейля «Ариозо».

Берт моргнул и поднял на Сережу взгляд оливковых глаз, в которых Воронцов, как показалось ему самому, увидел некоторое недоумение.

– А что тут такого, Берт? – выговорил он. – Это мне Юджин порекомендовал. Сказал, что это ваш фирменный.

– Конечно, конечно, – кивнул Берт и нырнул под стойку, очевидно, добывая какие-то из ингредиентов коктейля с таким поэтическим наименованием, а Мыскин качнулся лбом к стойке и, едва не придя с ней в тесный контакт, выбулькнул:

– Ну и рожа… у здешнего барыги. Да и имечко: Берт… да-а-а.

Через минуту охаянный Аликом бармен Берт поставил перед Мыскиным и Сережей Воронцовым два запотевших от холода бокала, до половины заполненных каким-то мутно-зеленоватым пойлом, словно бы слабо светящимся изнутри.

– Жабья жидкость, – буркнул Мыскин. – Вы че, туда фосфора, что ли, насовали? Жидкая соба… собака бррр… Баскервилей…

– Попробуем, – сказал Сережа и отхлебнул коктейль со столь оригинальным названием. Да! И вкус этого напитка, чуть горьковатый, тянущий, но какой-то необычайно свежий и совершенно без ощущения алкоголя, – это впечатляло не меньше, чем название.

Да и Мыскина, судя по его лицу, проняло. И это несмотря на то, что он уже по приезде сюда был до отказа загружен спиртным и уже у себя дома, интенсивно общаясь со Светой, начал плохо отличать водку от шампанского.

И все как-то неуловимо изменилось вокруг.