Тайна библиотеки темуридов

 – коротко ответила Садокат.

– Вы ходили к мужу в загон? – Фахриддин начал «атаку» с другой стороны.

Садокат словно поперхнулась. Но постаралась себя не выдать, придать ответу беспечность:

– Да в прошлом года весной пару раз ходила…

– А в этом году, в эти дни ходили?

– Нет!

– Подумайте хорошенько, для нас и для вас это очень важно, – включился до сих пор молчавший Санжарбек.

Женщина подняв голову, посмотрела на Санжарбека и, словно сказав: «нет же, я уже сказала!», опять уперлась взглядом в пол.

– Садокатхон, ладно, если на самом деле вы в эти дни не ходили в загон – хорошо, но если вы нас обманываете, хотите запутать следствие… вы перейдете уже в разряд подозреваемых. Вы понимаете что это такое? – руководитель повысил голос.

– Я… я… вам… говорю, что знаю! Садокат запиналась в словах.

– Хорошо, мы вам верим. Тогда покажете нам свою весеннюю – зимнюю одежду, я хочу сказать, пальто, куртку? – Фахриддин поднялся со стула и подошел к женщине..

– Какую одежду? Вам что нужно-то? – женщина сверкнула глазами на следователя, она была в замешательстве.

– Да свои пальто, плащ, куртки, ну то, что вы одеваете, вынесите, мы должны проверить одну вещь, – растолковал ей Санжарбек.

Садокат нехотя сдвинулась с места, поднялась, ушла в левую комнату. Через небольшое время вернулась, держа в руках кучу одежды. Санжарбек проворно взял всё это из ее рук и внимательно раз за разом стал проверять одежду. Все ностороженно следили за ним. Но вот наконец:

– Фахриддин – ака, вот посмотрите! – в его руках был черный плащ.

Руководитель открыл свою сумку, достал из нее пуговицу, уложенную в целофановый пакет, передал ее Санжарбеку, а тот стал сравнивать ее с пришитыми к плащу:

– Да! Та самая! Из него упала! – сказал он, еще раз сверившись. Затем спросил у женщины, стоявшей рядом и удивленно смотревшей то на него, то на плащ, то на других:

– Этот плащ ваш, вам принадлежит?

– Да, мой! Что случилось?.

– Да вотодна пуговица с него слетела. Когда, где вы ее потеряли, не вспомните? – Фахриддин взяв плащ в руки приблизился к женщине.

– Н-е-т! Даже и не заметила! Его я мало надеваю…

– А теперь скажите-ка, как же ваша пуговица оказалась у печки Норбуты – пастуха? – сказал Фахриддин, показал на пуговицу в пакете.

Садокат словно остолбенела. То на плащ, то на следователя бросались ее глаза, потом наклонила голову и села на свой стул.