Девочка без зонта

Она старалась скрыть волнение, но лицо, явно поменявшее цвет, очень контрастировало с белым свитером. Он с интересом выбирал кофе, и, заметив её, лишь спросил:

– Капучино? – Она присела, и, еле сдерживая неравнодушное дыхание, ответила —

– Да, пожалуйста.

Мила заметила, что он как-то изменился. Девушка внимательно рассматривала его лицо: щетина, морщины вокруг глаз, карие глаза- в них читалась напыщенность и ощущение его правоты и важности. Она ловила себя на мысли, что это всё выглядит немного «разочаровательно», но не стала придавать этому большое значение.

Их разговор был бессмысленным и не содержал в себе ничего такого, ради чего можно было бы сюда прийти.

Он старался говорить о чём-то отвлечённом, но сам думал о том, что хотел рассказать ей о случившимся, он хотел, и даже читал в ее глазах немой вопрос «Боже, почему мы говорим о погоде, когда ты танцевал с Марком на том треклятом балу???», но Профессор старался это игнорировать, чтобы не портить себе настроение. Может расскажет, а может и нет.

Главное- поговорить потом с Марком.

– Какие у тебя любимые цветы? – Внезапно спросил он. Первое, что ей пришло в голову- розы, но разве это не банально? Он спрашивает не просто так, надо показаться оригинальной:

– Ну… Я не люблю, когда срывают цветы- да, они красивые, но они так очень быстро умирают. – Профессор усмехнулся:

– Это понятное дело- в этом мире всё конечно, наши с вами жизни тоже. Срывать цветы, любить- всё одно. Тебе нравится цветок, и ты срываешь его. Тебе нравится человек, и ты постоянно делаешь ему больно.

Это совершенно обычный цикл. Я говорю эти очевидные вещи, о которых вы знаете, но все равно мы будем продолжать делать людям больно, ровно как и срывать цветы. Так какие?

– Ромашки.

Профессор улыбнулся.

– Оригинально.

– Не так уж. – резко ответила Мила.

Они вышли на улицу, и решили пройтись по парку, её сердце снова заколотилось от волнения, и он это заметил. Она чувствовала себя особенной и хотела встретить кого-нибудь с учёбы, чтобы их увидели вместе.

– Как твое творчество? Ты писала ещё стихи? – Мила занервничала еще больше, услышав обращение на «ты».

– Да. У меня есть кое-что…

– Сможешь со мной поделиться сейчас? – И она точно знала, что сможет- тот самый стих для него, который он не услышал, а она так и не прочитала вчера. -Да, пожалуй.

Девушка сделала глубокий вдох. Сердце начало заглушать уличный шум, но Мила очень хотела дать волю этому прекрасному волнению.