Институт равновесия. Книга #4

Ему показалось, что где-то в параллельной вселенной чей-то знакомый голос произнёс: «Он оживает! Надо ещё парочку этих мышей прибить! Кровь помогает!»

Когда несколько мгновений спустя с его лица убрали ткань, а в приоткрытый рот полилась струйка свежей и тёплой крови, Бенедикт чуть не заплакал от счастья. Он с наслаждением размазывал влагу по рту, ощущая, как каждая клетка его организма впитывает чудесную жидкость. Он всё пил и пил. Чувствовал, как оживают его лёгкие, давая возможность дышать. На лицо вновь легла мокрая ткань.

Бенедикту казалось, что даже его кожа вне зависимости от него сейчас впитывала влажную тёплую кровь. Он снова расслабился и уснул.

Когда он проснулся в следующий раз, то почувствовал дуновение ветра на лице. И настойчивое желание открыть веки, что он и сделал. Над ним склонились два знакомых лица – Зака и Стель. Он моргнул им, не в силах произнести ни звука.

– Ты не отвлекайся, – строго сказал Зак. – Ты пей давай! Не трать силы пока.

– Всё хорошо, Бенедикт, – пропел голос золотоволосой эльфийки.

 – Ты в безопасности. А мы рядом. Всё будет хорошо!

И Бенедикт послушно продолжал пить, насыщая тело волшебной влагой. Сейчас ему казалось, что его иссушили до конца. И он никак не мог насытиться. Зак продолжал сыпать идеями:

– Может ему в кровь алкоголь добавить? – спрашивал он. – Алкоголь заставляет кровь двигаться быстрее!

– Тебе бы всё про алкоголь думать! – ворчала Стель.

– Я же не для себя! – возмущался Зак. А Бенедикт был счастлив слышать их голоса. Их перепалка казалась ему лучшей музыкой на свете.

Куда там Карлу Орфу до неё! У него просто музыка. Красивая и мелодичная. А из уст друзей звучал гимн жизни. Звучала сама жизнь!

Бенедикт вдруг почувствовал, что миг насыщения очень близко. Он с удвоенными силами принялся поглощать кровь. А она лилась в него мощным потоком. Голод отступал. Терзающий голод растворялся в ощущениях тепла на коже и в горле. Он сделал большой глоток и попробовал пошевелить пальцами рук. Ему удалось. Тогда он проделал то же самое с пальцами ног.

Потом пошевелил кистями, приподнял колени. И в конце концов, собравшись с силами, подтянул локти, упёрся на них и сел, открывая глаза:

– Друзья мои, – прошептал он. Губы помимо его воли скривились в рыдании.

– Брат, – прошептал Зак, беря его за руку. – Наконец-то! Мы так переживали!

– С возвращением, – пропела Стель.

– Я… – трясся Бенедикт в беззвучных рыданиях. – Меня…

– Ничего, – гладила его по голове Стель. – Это всё пройдёт.