Проклятие Джека-фонаря

Эмбер полагала, что такие странные на первый взгляд мелочи помогают скорбящим сохранять душевный покой. Кроме того, если бы мертвые могли хотя бы одним глазком заглянуть в мир живых, им было бы приятно знать – кто-то все еще хранит о них память.

Вдруг Эмбер уловила боковым зрением какое-то резкое движение. На секунду она подумала – это огонек фонаря танцует на ветру. Однако он исчез, стоило только моргнуть. Девушка услышала жалобное мяуканье и наклонилась, чтобы отдать бездомной кошке кусочек мясного пирога.

Затем Эмбер встала из-за стола и прислушалась к своим ощущениям, чтобы почувствовать успокаивающее присутствие безмолвного наблюдателя. Подняв с земли тарелку, она погладила кошку по голове и отошла подальше от яркого света костра.

Рука коснулась ее плеча. От волнения у Эмбер чуть не остановилось сердце.

– Кажется, ты кое-что обронила, – произнес тонкий мужской голос.

Эмбер нахмурилась. В ее воображении голос хранителя звучал совсем иначе. Девушка повернулась.

– Ох, Финни.

Спасибо, – сказала ведьма, забирая свой носовой платок из его рук.

Молодой человек покраснел, когда она спрятала платок в декольте платья. Девушка так торопилась, что оставила уголок платка виднеться в вырезе.

– Ну… это… всегда пожалуйста, Эмбер, – сказал Финни, смущенно почесав затылок.

Парень сделал глубокий вдох и протянул ей рук:

– Не хочешь прогуляться?

– Почему бы и нет. – Эмбер улыбнулась своему другу. Однако стоило ей отвернуться и посмотреть на темную дорогу в тусклом свете фонарей, улыбка померкла.

Позже, после ужина, она согласилась поиграть с подругами, чтобы порадовать их. Девушки выливали яичные белки в миску и смотрели, не образуется ли фигура, похожая на букву. Буква, как и в случае с яблочной кожурой, должна была указывать на имя будущего мужа. Эмбер эти гадания не увлекали. Но девушка все же взяла протянутую ей миску и разбила туда яйцо. По обыкновению, ее белок растекался совершенно не так, как у других девушек. Он кружил и кружил по дну миски, пока не вытянулся в прямую линию с завитушкой на конце: такую же форму образовала ее яблочная кожура.

Кто-то предположил, что это маленькая прописная «д». Другие утверждали, будто фигура больше напоминает «и», что очень обрадовало Игнатуса. Мужчина довольно усмехнулся.

Праздничные игры подошли к концу: костры потухли, а угощения убрали со столов. Эмбер проводила тетю до кровати и потушила свет в ее комнате, оставив только одну свечу.