Мир пауков: Маг. Страна призраков (сборник)

Сдерживая отвращение, Найл разорвал рубище, обнажив белую безволосую грудь. Указал на сбившийся к горлу кулон:

– Вот что его убило!

– Откуда ты знаешь? – спросил Симеон.

– Взгляни. – Найл указал на круглое красное пятнышко над сердцем; пару сантиметров в диаметре, оно напоминало ожог. Взявшись за кулон, он вытянул цепочку на всю длину; она покрыла красную метку точь-в-точь. – Вот тебе и весь сердечный приступ, – подытожил он.

Рука Симеона легла на собственную грудь.

– О боги, а я точно такую же таскаю на себе весь день…

– Убивать тебя у него не было причины, наоборот, это его бы выдало.

– «Его» – это кого? – полюбопытствовал Симеон.

– Я не знаю имени. Но похоже, какой-то маг. Разве что у мага получилось бы поднять мертвеца…

Едва успев это произнести, Найл поспешно смолк: ощущение было такое, что даже произносить подобное вслух небезопасно.

Симеон снял кулон с шеи незнакомца и протянул Найлу.

– Теперь он, по крайней мере, не оживет.

Едва коснувшись головой подушки, Найл провалился в глубокий сон без сновидений. Тем не менее пробуждение, наступившее через пару часов, напоминало выход из кошмара. Почему-то немедленно возникло стойкое подозрение, что в комнате кто-то есть. Он поднял голову и вслушался: вроде бы никого, только ветер завывает на углу здания. Найл осторожно потянулся к лампе, смирно горящей в нише над кроватью, и прибавил фитиль. В неверном желтом свете стало видно, что комната пуста.

Найл сел на кровати и вынул лампу из ниши. Затем, бесшумно ступая босыми ногами, прошел в соседнюю комнату. А сам, крадучись на цыпочках, чувствовал, что все эти предосторожности нелепы. Наблюдатель как бы смотрел на него сверху или с какого-то расстояния, с какого его самого углядеть невозможно.

Стакан с медом так и стоял на столе. Теперь в нем лежали два медальона, один с Симеона, а другой – раздобытый у реки.

Он потянулся к стакану, но отдернул руку: это было все равно что тянуться к готовой броситься змее. Кулоны лежали, сплетясь цепочками, и, как показалось Найлу, коварно выжидали, когда он потянется и притронется к ним.