Песнь о Трое

Умер мой дед Катрей, и Идоменей отложил погребение до приезда моего или Агамемнона. Естественно, ехать придется мне, Агамемнон не может оставить Микены.

Я села на ложе, открыв рот от изумления.

– Менелай! Ты не можешь поехать!

Моя горячность удивила его, но он принял ее за беспокойство.

– Выбора нет, Елена. Я должен ехать на Крит.

– Как долго тебя не будет?

– По меньшей мере полгода. Жаль, что ты так слаба в географии. Туда меня отнесут осенние ветры, но мне придется ждать летних ветров, чтобы вернуться обратно.

– О! – Я вздохнула. – Когда ты едешь?

Он сжал мне руку.

– Сегодня, дорогая. Сначала мне придется заехать в Микены к Агамемнону, а оттуда уже на Крит. И раз я отплыву из Лерны или Навплии, то уже не смогу вернуться сюда. Как жаль, – пробормотал он, наслаждаясь моим испугом.

– Но ты не можешь уехать, Менелай. У тебя гость.

– Парис все поймет. Я исполню ритуал очищения сегодня утром до отъезда в Микены, но позабочусь о том, чтобы он смог гостить у нас сколько пожелает.

Во мне проснулась надежда.

– Возьми его с собой в Микены.

– В самом деле? В такой спешке? Конечно, он должен побывать в Микенах, но на досуге, а не желая угодить хозяину.

Мой глупый супруг не видел опасности, которую представлял этот гость.

– Менелай, ты не можешь оставить меня здесь с Парисом!

Он заморгал:

– Почему? За тобой хорошо присматривают.

– У Агамемнона может быть другое мнение.

Моя рука лежала у него на плече; он наклонился, поцеловал ее, потом погладил меня по голове.

– Елена, не волнуйся. Твоя забота очаровательна, но она ни к чему. Я тебе доверяю. Агамемнон тебе доверяет.

Как мне было объяснить ему, что я сама не доверяю себе!

После полудня я стояла у подножия дворцовой лестницы, прощаясь с супругом. Париса нигде не было.

Как только колесницы с повозками скрылись из виду, я вернулась в свои покои и больше из них не выходила. Еду мне приносили туда. Не видя меня, Парис может устать от своей игры и отправиться в Микены или Трою. К тому же у придворных не будет возможности увидеть нас вместе.

Но когда пришла ночь, мне не спалось. Я бродила по комнате взад и вперед, потом подошла к окну. Амиклы лежали внизу в полной тьме, нигде ни огонька. К звездному небу вздымались громады гор. Полная луна висела в небе, словно огромный серебряный диск, тихо изливая нежный свет на долину Лакедемона. Я в восторге вбирала в себя эту красоту, высунувшись головой из окна, чтобы полнее окунуться в ночное спокойствие.