Песнь о Трое

От талии до щиколоток она была собрана в бесчисленные складки, оттянутые книзу хрустальными и янтарными бусинами, амулетами из ляпис-лазури и чеканного золота, золотыми колокольчиками и подвесками из фаянса, – каждое мое движение сопровождала музыка. Пояс был зашнурован недостаточно туго, и я приказала двум рабыням затянуть его сильнее.

– Почему мне нельзя накрасить соски золотом, Неста?

– Мне жаловаться бесполезно, царевна. Спроси у своей матери. А лучше оставь это до той поры, когда тебе это действительно будет нужно, – после того как родишь ребенка и твои соски потемнеют.

Я решила, что она права. Мне повезло: мои соски были ярко-розовыми, тугими, словно бутоны, а груди – высокими и налитыми.

Как говорил Тесей? Два маленьких белых щенка с розовыми носами. Стоило мне подумать о нем, как настроение мое изменилось и я резко отвернулась от своего отражения под бисерный звон. О, снова лежать в его объятиях! Тесей, возлюбленный мой. Его губы, его руки, его томительные ласки, пробуждавшие страстную жажду… Потом пришли они и забрали меня, мои достойные братья, Кастор и Полидевк.

Я позволила рабыням подвести мне глаза линией из разведенного водой черного порошка и накрасить золотом веки, но отказалась от кармина для щек и губ. В нем нет нужды, говорил Тесей. Потом я спустилась в тронный зал к отцу, который сидел у окна в выложенном подушками кресле.

– Подойди к свету.

Я молча повиновалась; отец во всем мне потакал, да, но это не мешало ему оставаться царем. Когда я встала на жестоко палящее солнце, он отступил на несколько шагов назад и посмотрел на меня так, словно никогда раньше не видел.

– О да, глаз у Тесея был наметан лучше, чем у лакедемонян! Твоя мать права, ты уже совсем взрослая. Поэтому нам нужно что-то сделать, пока не нашелся еще один Тесей.

Мое лицо вспыхнуло. Я промолчала.

– Тебе пора замуж, Елена. – Он задумался на мгновение. – Сколько тебе лет?

– Четырнадцать, отец.

Замуж! Как интересно!

– Самое время.

Вошла мать. Я опустила глаза, чувствуя себя неловко оттого, что стояла перед отцом, который рассматривал меня как мужчина. Но она не обратила на это внимания, встала рядом с ним и тоже окинула меня взором. Они обменялись долгими понимающими взглядами.

– Я говорила тебе, Тиндарей.

– Да, Леда, ей нужен муж.