Падение титана, или Октябрьский конь

– Кто-нибудь из них говорит по-гречески?

– О да. Им приходится учить этот язык, иначе они вовсе ничего не получили бы за свой лазерпиций.

На следующий день Катон верхом отправился в Филены. Секст Помпей галопом догнал его.

– Возвращайся, ты нужен в лагере, – твердо приказал Катон.

– Ты можешь приказывать всем сколько хочешь, Катон, – нараспев сказал Секст, – но я – сын своего отца и умираю от любопытства. Когда Сократ сообщил мне, что ты отправился закупить несколько талантов лазерпиция у народа, именующего себя псиллами, я решил, что тебе нужна компания получше, чем Статилл и Афинодор Кордилион.

– Афинодор болен, – коротко ответил Катон. – Хотя я и решил запретить кому-либо ехать верхом, боюсь, придется сделать для него исключение. Афинодор не может ходить, и Статилл ухаживает за ним.

Филены находились в двухстах милях к югу, но местность оказалась достаточно населенной, и можно было найти еду и ночлег. Неожиданно для себя Катон обнаружил, что ему нравится общество жизнерадостного и строптивого Секста.

«Однако, – подумал он, когда им осталось проехать последние пятнадцать миль, – я, кажется, понял, с чем нам придется столкнуться. Хотя тут есть чем поживиться скоту, земля совсем голая. Абсолютно».

– Единственная явленная нам милость, – сказал Насамон, вождь псиллов, – это грунтовые воды. Вот почему сильфий растет так хорошо. Травы не растут, потому что их корни не проникают глубоко в землю, то есть не достают до воды. А у сильфия есть стержневой корень, он длинный.

Только учтите, что для перехода через солончаки и соленые болота между Хараксом и Большой Лептой вам понадобится вся вода, какую вы сможете унести. Есть еще соленая пустыня между Сабратой и Тапсом, но этот переход короче, и последнюю его часть вы пройдете по хорошей римской дороге.

– Значит, есть поселения? – просияв, спросил Катон.

– Между нами и Большой Лептой, что в шестистах милях от нас, только Харакс.

– Как далеко до Харакса?

– Около двухсот миль, но есть и оазисы, и колодцы, а население – мои псиллы.

– Как ты думаешь, – неуверенно спросил Катон, – мог бы я нанять пятьдесят твоих псиллов в проводники до самого Тапса? Тогда, встретив людей, не знающих греческого, мы смогли бы с ними договориться. Нас очень много. Я не хочу устрашать племена.

– Цена будет высокой, – ответил Насамон.

– Два таланта серебра?

– За такую сумму, Марк Катон, ты можешь забрать нас всех!

– Нет, полусотни будет достаточно. Только мужчин, пожалуйста.