Битва за Рим

 – Но должен признаться, что Марк Порций Салониан оказался куда симпатичнее Квинта Сервилия Цепиона. С ним Ливия Друза обрела счастье.

– Вот и хорошо, – молвила Юлия.

– Да, – отозвался Друз, – еще как хорошо.

За время, прошедшее между первым чтением lex Licinia Mucia и его почти единогласным утверждением в трибах, Квинт Поппедий Силон ни единого дня не сидел на месте. О новом законе он узнал от Гая Папия Мутила в Бовиане.

– Значит, война, – сказал он невозмутимо.

– Боюсь, что так, Квинт Поппедий.

– Мы должны созвать на совет всех вождей.

– Они уже предупреждены.

– Где назначен сбор?

– Там, куда римлянам не придет в голову сунуться, – в Грументе. Через десять дней.

– Отлично! Внутренняя Лукания – как раз то место, о котором не помыслит ни один римлянин. Там на расстоянии целого дня пути нет ни римских землевладельцев, ни латифундий.

– Как и римских граждан, что еще важнее.

– Но как избавиться от случайных римлян, если таковые объявятся? – спросил Силон, нахмурившись.

– Марк Лампоний все продумал, – ответил Мутил, чуть заметно улыбаясь. – Лукания – разбойничий край. Случайных римлян станут отлавливать тамошние разбойники. После завершения совета Марк Лампоний покроет себя славой, добившись их освобождения без выкупа.

– Неглупо! Когда отправляешься туда ты сам?

– Через два дня.

Мутил с Силоном рука об руку прошествовали в сад-перистиль большого и богатого дома Мутила: подобно Силону, Мутил был человеком состоятельным, прекрасно образованным и обладал хорошим вкусом.

– Расскажи-ка мне, Квинт Поппедий, как прошло твое путешествие в Италийскую Галлию.

– Я удостоверился, что Квинт Сервилий Цепион воплотил в жизнь свои планы, которые он излагал в моем присутствии два с половиной года назад. Россыпь чистеньких городков в верховьях реки Медоак за Патавием и вдоль рек Сонтий и Натизон за Аквилеей. Часть пути из Нореи, что в Норике, железо доставляется по суше, но в основном по воде – по одному из рукавов Дравы, а потом волоком на Сонтий и Тилиавент, откуда вновь по воде до места назначения.

Я выдавал себя за римского praefectus fabrum и платил наличными, которые все буквально рвали у меня из рук. Я не скупился, но и работали мастеровые без отдыха, торопясь выполнить заказ. Я оказался для них первым крупным заказчиком, и они будут счастливы и впредь изготовлять оружие и доспехи для меня одного.

Мутил насторожился.

– Ты уверен, что не переборщил, изображая римского префекта? – спросил он.