Любоф и друшба

И если посмотреть результаты моего теста – это не глупый тест из глянцевого журнала, а научно выверенный при помощи математической статистики, – во мне много разных типов личности!

Я люблю быть одна, я очень люблю быть одна – в одиночестве можно думать без помех и делать все, что хочется. Но… что, собственно говоря, может помешать мне думать и чего я могу захотеть, что я непременно должна делать наедине с собой – есть варенье из банки руками или танцевать в маминой длинной юбке перед зеркалом?.

Но люблю я одиночество или ненавижу – это факт моей личной жизни, а не биографии, потому что на самом деле мне совершенно невозможно побыть одной. В семье главное – любовь и внимание друг к другу, и у меня… у нас все это есть, и даже в избытке.

Говорят, что большие семьи ушли в прошлое. В прошлом остались милые семейные традиции: вечернее чаепитие на веранде под абажуром, чтение вслух, домашние спектакли, непритязательное музицирование – одна сестра играет, другая поет, третья переворачивает ноты, четвертая мечтательно смотрит вдаль… Прелестная картинка!

Но мы в нашей семье стараемся сохранить эту трогательную патриархальность – а что же нам еще остается, если наша семья еще не ушла в прошлое, если нас четверо, четыре сестры?.

Теплым майским вечером мы сидели на веранде и наслаждались кто чем: Женя любовалась цветущими в саду яблонями, Мария, как обычно, что-то читала, я… чуть не сказала «вышивала»… я читала книгу «Математический анализ и линейная алгебра».

А вот и домашний спектакль!

На веранду влетела Лидочка, прижимая к груди голубую кофту, и тут же вскочила Мария с возмущенным, но уже готовым к отступлению криком:

– Отдай, отдай, это моя кофта! Это мама мне купила!

– Нет, моя! – Лидочка спряталась за кресло и показала язык: – Бе-е, ме-е, рева-корова!

– Я не рева-корова. Дело не в кофте, а в принципе. Тебе, Лидочка, всегда достается все лучшее… Это несправедливо и прежде всего идет во вред тебе самой, – поучительно произнесла Мария.

Лидочка, не выходя из-за кресла, натянула на себя измятую в боях кофту, удовлетворенно улыбаясь, повертелась перед нами:

– Красиво? По-моему, супер!

Женя послушно кивнула, любуясь Лидочкой, притянула Марию к себе, прошептала:

– Я подарю тебе свои серьги, те, что тебе нравились, хочешь?

Мария заплаканно вздохнула – хочет.