Жёлтый

Говорил он с едва уловимым и странным в своей правильности манерным выговором, характерным для получивших образование в Российской империи: Виктории доводилось слышать записи голосов писателей-белоэмигрантов.

«В изданной лишь однажды, – читал Бигнат, – и к настоящему времени утерянной книге «Делюдюдюю: лекции на полях «Ad hoc» Артур Г. привел другое объяснение упомянутой формулировки. Его нелегко воспроизвести: тексты нашего писателя прозрачны, будто лес темным осенним утром. Раз уж речь зашла о лесе, уместно напомнить, что Артур Г.

любил цитировать Умберто Эко, своего старшего товарища. Значение «– 1» Артур Г. будто бы раскрыл через рассуждение о том, как образцовый автор уводил за собой образцового читателя. Исследователи, в неточном пересказе которых до нас дошли «Лекции на полях», рассказывали, как писатель не без изящества объяснял термин «+1»: мол, для выявления образцового автора бывало нелишним перечитать текст, перечитать снова, а затем еще разок – и так до бесконечности».

Виктория читала роман Манбаха «Ad hoc», однако не поняла, что имел в виду его автор в послании к слушателям лекции.

Судя по лицам собравшихся в аудитории, девушка была не одинока в своем недоумении.

«Был у Манбаха и простейший способ разъяснения бессмыслиц, основанный на самом тексте романа «Ad hoc», их содержащего. Ту, что со знаком «—», Манбах советовал разгадывать посредством отказа от поиска авторских истин; ту же, что со знаком «+», толковал путем прибавления по одной обезьяне к группе уже постукивавших. Тогда-то всё становилось яснее ясного».

Виктория присоединилась к аплодисментам, и Бигнат взглянул на нее. Кто-то из преподавателей взял слово и высокопарно поблагодарил лектора за визит.

Пока студентки филфака общались с профессором, Виктория придумывала вопрос о Манбахе. Девушке хотелось узнать, как вышло, что кузен восьмидесятилетнего писателя оказался моложе его чуть ли не на полвека, но вряд ли было уместно интересоваться этим в университетской аудитории. Рассудив так, Виктория вспомнила, что в афише лектора называли специалистом по творчеству Набокова.

Когда поток вопросов о самочувствии Манбаха и его личной жизни иссяк, девушка подняла руку и спросила:

– Насколько я знаю, вы знаток наследия Владимира Набокова. Скажите, пожалуйста, почему в его романе «Подвиг» нет одиннадцатой главы?

Этот вопрос занимал Викторию с тех пор, как она несколько месяцев назад прочитала «Подвиг».

– Любопытный вопрос, – произнес Бигнат. – Спасибо, что задали его.