Записки колдуна

– Он чуточку повысил голос на окончании фразы, но принц все равно даже ухом не повел, вероятно, не расслышал в этом гомоне голосов.

Дойдя до конца улицы, мы вышли на площадь, а на другой стороне этой площади стоял огромный, невероятной красоты, дворец: из гладкого камня, своды поддерживались колоннами из чистого золота, а может и не золота, но камня золотого цвета, фасад был исписан сценами различных битв и удивительных существ. Внутри дворца пол был из мрамора, залы освещались множеством кубов света, висящих под потолком и на стенах.

Вдоль стен стояло огромное количество зеркал, подойдя к одному из них, я увидел отражение человека лет тридцати пяти высокого роста. Карие глаза с какой-то внутренней грустью, вытянутое загорелое лицо и небольшой нос; на голове черные, как смола, короткие волосы; лицо, руки и одежда были перепачканы засохшей кровью, плащ и жилет были порваны с левого бока, а вместо правой штанины болтались лохмотья. Я рассмотрел свою рельефную фигуру, потрогал крепкие мышцы на руках, и остался доволен тем, что нахожусь в прекрасной физической форме, но совсем не обрадовался, что предстал перед своими высокими друзьями в столь ужасной одежде.

Теперь стало понятно, почему принц не обмолвился со мной и несколькими фразами по пути сюда – не привык королевский отпрыск видеть грязь на собеседниках, только внутри них.

Бэзаф подозвал меня по имени, и, указав на стражников, сказал:

– Эти двое королевских стражей проведут тебя в гостевые покои, где ты найдешь ванну с теплой водой и чистую одежду под свой размер.

Поблагодарив эльфа, я последовал за своими провожатыми в отведенную мне комнату.

Глава 3

Я снял с себя грязные лохмотья, кинул в корзину, стоявшую в углу залы, и погрузился в теплую ванну с ароматами трав, приготовленную специально для меня кроткими служанками. Как только пена скрыла все мое тело под своей объемной массой, в комнату снова впорхнули служанки и принялись натирать мои руки, ноги, спину мягчайшими мочалками, а за волосы взялась миловидная девушка с длинными и тонкими пальчиками, ловко массируя тяжелую, от трудного дня, голову.

Как только все мое тело было тщательно оттерто с головы до пят, эльфийки друг за дружкой выбежали из комнаты, так и не проронив ни единого слова. Оставшись один, я встал и смыл с себя остатки пены водой из приготовленного ведра, вытерся насухо лежащими рядом полотенцами и прошел в спальню.