Все ловушки Земли

Потому что если бы это происходило слишком быстро и было заметно, другие люди убивали бы каждого мутанта, как только бы он обнаруживался. Потому что человеческая раса не может допустить отклонение от нормы, даже несмотря на то, что мутация – процесс, с помощью которого развивается раса.

Раса больше не убивает мутантов. Она помещает их в лечебницы или загоняет в такие глухие уголки самовыражения, как искусство или музыка, или она находит для них хорошие места ссылки, где они будут чувствовать себя комфортно, где у них будет работа и где – нормальные люди надеются на это – мутанты никогда не узнают, кто они.

Теперь быть другим стало тяжелее, тяжелее быть мутантом и не избежать обнаружения, а все из-за медицинских комиссий и психиатров и прочего научного фетиша, который люди создали, чтобы охранять их спокойствие.

Пятьсот лет назад они не узнали бы, кто я. Пятьсот лет назад я, возможно, и сам не понял бы этого.

Контролируемая мутация? Теперь появилось нечто другое. Именно это учитывало правительство, когда послало комиссию сюда, на Плутон, с тем чтобы, используя в своих интересах низкие температуры, создавать гормоны, которые могли бы видоизменить человеческую расу.

Контролируемые мутации, с которыми все было бы в порядке. Правительство боялось только естественных неподконтрольных мутаций.

Течение его мыслей резко оборвалось – он был доволен идеей, возможным решением.

На столбике балдахина кровати небольшое чудовище ковырялось лапами во рту, весело пуская слюни.

В дверь постучали.

– Входите! – пригласил Уэст.

Дверь открылась, и вошел мужчина.

– Я – Белден, – представился он. – Джим Белден. Они сказали мне, что вы здесь.

– Рад с вами познакомиться, Белден.

– Что за игру вы затеяли? – спросил Белден.

– Нет никакой игры, – ответил Уэст.

– Вы их одурачили, заставили вам поверить, – сказал Белден. – Они думают, что вы – некий великий человек, который обнаружил истину.

– Следовательно, они так думают, – кивнул Уэст. – Я очень рад это слышать.

– Они показали мне Аннабель, – продолжал Белден. – Сказали, что это доказательство того, что вы один из нас. Но я узнал Аннабель. Они не узнали, а я – узнал. Ее взял с собой Дарлинг.