Ветер чужого мира

Он спустился по трапу, подобрал кусок руды и присмотрелся.

– Золото? – спросила Карен. – Серебро?

У Джонни перехватило дыхание.

– Ни то ни другое, – ответил он. – Элемент-семь.

– Элемент-семь! – ахнула Карен. – Тут его хватит на дюжину кораблей! Даже больше!

В бортжурнале должно быть записано, где этот груз был взят на борт. Возможно, на каком-нибудь одиноком астероиде. А может быть, на одной из лун Юпитера. Или даже за пределами Солнечной системы.

Джим Франклин не был первооткрывателем элемента-7.

Бесстрашные космопроходцы нашли удивительную руду давным-давно, пять веков назад, но по дороге домой с ними случилось несчастье. И дочь Джима Франклина, обыскав трюмы погибшего корабля, подарит миру давно утерянный секрет месторождения элемента-7.

– Мы построим новый корабль, – пообещала Карен. – Мы организуем новую экспедицию и найдем залежь.

Джонни швырнул кусок руды обратно и встал.

– Иди-ка в шлюз, – сказал он. – И посигналь Джорджу, чтоб поднимался к нам. Он, наверное, уже заждался там.

– Что ты собираешься делать?

Джонни усмехнулся.

– Приготовлю это ржавое корыто к старту. Как только Джордж будет на борту, отправляемся в путь. Мы доставим на Землю самый ценный груз, какой только привозили из космоса.

Подарок

Он нашел эту вещь на ежевичной поляне, когда искал коров. Среди высоких тополевых стволов спустились сумерки, и он не мог разглядеть хорошенько, что это такое, да ему некогда было рассматривать, так как дядя Эб очень сердился, что две телки пропали; и если он не поторопится найти их, то дядя Эб опять возьмет ремень и накажет его.

А ему и так придется остаться без ужина, потому что он забыл сходить к роднику за водой; и тетя Эм ворчала на него весь день за то, что он не наловчился полоть огород.

– Я никогда в жизни не видывала такого никчемного мальчишки, – визгливо начинала она и повторяла, что уж если они с дядей Эбом взяли его из приюта, то она вправе ожидать от него благодарности. Но никакой благодарности он не чувствует, а зато причиняет столько неприятностей, сколько может, и он лентяй, и она откровенно заявляет, что не знает, что из него получится.

Он нашел телок в дальнем углу пастбища, у рощи, и погнал их домой. Он брел позади них, снова думая о том, чтобы убежать, но знал, что не убежит, – некуда. «Правда, – говорил он себе, – в любом другом месте ему будет лучше, чем у тети Эм и дяди Эба, которые совсем не были ему родственниками – просто люди, на которых он работал».