Прелесть

Но стоило закрыть глаза, и возникло оно, могучее денежное дерево: ствол в три обхвата, широко раскинутые ветви, на них – густая листва, и что ни лист, то двадцать долларов. На ветерке они играют денежную музыку, а ты лежишь под их сенью и в ус не дуешь, никаких у тебя бед и забот, только подбирай опавшие листья да в карман запихивай.

Он подергал за черенок, но тот крепко держался за купюру. Тогда Дойл сложил ее как можно аккуратнее и засунул в брючной кармашек для часов. После чего, не считая, затолкал в карман остальные деньги.

Через двадцать минут он вошел в бар Бенни. Хозяин протирал стойку красного дерева. В дальнем конце зала прихлебывал пиво одинокий посетитель.

– Давай бутылку и стакан, – потребовал Бенни.

– Покажи деньги, – буркнул Бенни.

Дойл вручил ему двадцатку – такую новую, свежую, что ее хруст в тихом баре показался чуть ли не грохотом. Бенни изучил дензнак самым тщательным образом.

– Тебе ее кто-то нарисовал? – спросил он.

– Не-а, – ответил Дойл. – Нашел на улице.

Бенни придвинул к нему бутылку и стакан.

– Отработал уже? – спросил он. – Или только начинаешь?

– На сегодня все, – ответил Дойл. – Щелкал старину Дж. Говарда Меткафа. Журналу на востоке понадобились его фото.

– Ты про этого рэкетира?

– Он не рэкетир. Четыре или пять лет назад завязал, теперь он магнат.

– В смысле олигарх? А чем промышляет?

– Понятия не имею. Но чем бы ни промышлял, внакладе не остается. У него на холме шикарная хата. Но сам-то он невзрачный, уж не знаю, почему им заинтересовался журнал.

– Может, хотят тиснуть статью о том, каким бывает выгодным возвращение к честной жизни?

Дойл наклонил бутылку и плеснул жидкости в стакан.

– Мне, вообще-то, без разницы, – философски произнес он. – Готов хоть червяков снимать, лишь бы платили.

– Кому может понадобиться фото червяка?

– Ну, мало ли на свете чокнутых, – проговорил Дойл. – Я вопросов не задаю, мнений не высказываю. Мне дают заказы, я иду и снимаю. Тем и кормлюсь, и все меня устраивает.

Он с удовольствием выпил и налил еще.

– Бенни, – спросил он, – слыханное ли дело, чтобы деньги росли на деревьях?

– Ты перепутал, – сказал Бенни. – Деньги растут на кустах.

– Если они растут на деревьях, значит могут и на кустах. Куст – это просто маленькое дерево.

– Нет-нет, – возразил, слегка встревожившись, Бенни. – На кустах они не растут. Как с куста – это просто такое выражение.

Зазвонил телефон, и Бенни пошел ответить.

– Это тебя, – сказал он.