Прелесть

А что, если сам замысел утопичен? Обречен изначально? Конверсия живых организмов работала на других планетах, но следует ли из этого, что она будет работать и на Юпитере? Допустим, сенсорная система юпитерианина не позволяет человеческому разуму функционировать должным образом…

Возможно, прыгуны настолько не похожи на нас, что просто не существует общей почвы, на которой человеческий опыт и юпитерианское представление о жизни могли бы соединиться, чтобы действовать вместе.

Или проблема в человеке, она присуща всему биологическому виду? Какой-нибудь порок разума, усугубленный чем-то, встреченным за пределами купола, помешал вернуться всем пятерым… А может, это и не порок – в человеческом смысле не порок.

Может, просто какая-то черта психики, совершенно заурядная на Земле, вступила в непримиримый конфликт с юпитерианскими условиями и вдребезги разнесла человеческий рассудок?

В коридоре застучали по металлу когти. Слушая, Фаулер улыбался: это Верзила возвращается, навестив своего друга, повара.

Верзила, прихвативший в кухне кость, вошел в кабинет. Помахал Фаулеру хвостом и плюхнулся возле стола; кость он теперь держал между лапами. Слезящиеся глаза долго смотрели на хозяина, и тот наконец склонился и потрепал рваное ухо.

– Верзила, ты же меня не разлюбил? – спросил Фаулер, и пес хлопнул об пол хвостом. – Значит, ты один такой. В куполе меня все проклинают, костерят на чем свет стоит. Наверняка называют за глаза убийцей.

Он выпрямил спину и развернулся к столу. Протянул руку, взял папку.

Беннетт? Беннетта на Земле ждет девушка.

Эндрюс? Планирует вернуться в Марсианский технологический, как только накопит на год обучения.

Олсон? Ему скоро на пенсию. Все рассказывает парням, как осядет и займется выращиванием роз.

«Обрекаю людей на смерть». Так сказала мисс Стенли, и ее бледные губы едва шевелились на пергаментном лице.

«Отдаете их Юпитеру на растерзание. А сами сидите в безопасности и комфорте».

Нет сомнений, что такие разговоры ходят по всему куполу, особенно после того, как не вернулся Аллен.

Конечно же, никто этого не скажет в лицо. Даже тот (или те), кого Фаулер сейчас вызовет к себе в кабинет, воздержится от такого обвинения.

Он только спросит: «Когда приступать?» Это уже ритуальная фраза.

Но Фаулер прочитает упрек в его глазах.

Он снова заглянул в список. Беннетт, Эндрюс, Олсон. Есть и другие, но нет никакого смысла продолжать. Кент Фаулер уже понял, что не сможет. Не сможет смотреть им в лицо.