Прелесть

Он смотрел на Крейна, и Крейн видел, что глаза у него тусклые, пустые. Такие глаза бывают у игроков в покер. Или у маньяков.

– Что молчите? – осведомился Крейн. – Сейчас, наверное, скажете, что мы с вами приятели.

– Крейн, вы неглупый человек, – вздохнул Бартли. – А мне нравятся неглупые люди.

– Вы и без меня неплохо справились, – едко заметил Крейн. – Всех одурачили. Тонко сработано. Даже подожгли пару собственных стогов, чтобы со стороны выглядело так, будто и вам досталось.

Бартли сложил перочинный нож, убрал его в карман и сел ровнее.

– Знаете, Крейн, вместе мы могли бы горы свернуть. Давайте-ка возвращайтесь в город. Забирайте мисс Фентон и возвращайтесь. Я прослежу, чтобы у вас все было хорошо. Сейчас вы окружной прокурор, чуть позже станете судьей, а потом – сенатором.

– И вы это гарантируете, Бартли? – Крейн перенес вес тела с больной ноги на здоровую.

– Черт возьми, конечно. Это же пустяки. Я не намерен ограничиться этой долиной. Мне будет чем заняться, когда я ее заполучу. Крейн, хотите правду? Вы простофили.

Все вы, западный народ. Легкая добыча для таких, как я. И зачем я только тратил время на востоке? Здесь у вас есть чем поживиться.

– Хотите, чтобы я вас поддержал?

Бартли кивнул.

– И для этого мне нужно лишь промолчать о том, что здесь случилось?

– Да, только и всего, – подтвердил Бартли. – Ну и еще оказать мне услугу-другую. В свое время.

– А как же Бетти?

– Она тоже должна молчать. Это часть нашей с вами сделки. Женитесь на ней, и она притихнет.

Какой женщине захочется подставлять мужа? – Он махнул рукой. – Черт, я вам больше скажу. Я разорву закладную ее папаши. Или выкуплю его ранчо дороже, чем оно стоит.

– А если я не соглашусь? – предположил Крейн. – Если скажу, что сделки не будет?

– Не скажете, – беспечно произнес Бартли. – Такой шанс выпадает раз в жизни. Вы, конечно, меня вынуждаете, но жизнь – сложная штука. Нужно быть готовым к любому повороту событий.

– Но что, если…

– Крейн, – перебил его Бартли, – если откажетесь, то не доберетесь до города живым.

Ни вы, ни девушка.

Во дворе застучали копыта. Всадник резко осадил коня. Бартли привстал и взглянул на дверь. Послышался топот бегущих ног – сперва на крыльце, потом в коридоре.

– Босс! – крикнул гонец. – Босс, он удрал!

Бартли побледнел. От ярости он сделался белее мела.

– Кто удрал? – рявкнул он.

В дверном проеме появился Керк. Рыжая шевелюра торчала из-под окровавленного бинта.

– Китаеза, – выдохнул Керк.