Прелесть

Да, очень плохо, что я не могу подождать, чтобы увидеть вас сломленными, уничтоженными.

Руки Винса, хоть и опущенные вдоль туловища, непроизвольно сжались в кулаки, и он сделал шаг вперед по направлению к пирату.

– Слушай, Робинсон, тебя самого уже больше не будет. Ты просто жалкий калека. Ты никогда снова не встанешь на ноги. Нет на свете человека, который сможет вылечить тебя. У тебя сломан позвоночник… жизнь твоя висит на волоске. Каждую оставшуюся минуту ты будешь сознавать, что всего один неудачный поворот, одно неловкое движение могут отправить тебя в вечность.

– Это ты сломленный человек… бесполезная, выпотрошенная ракушка, – поддержал брата Вернон. – Эти руки переломали тебе кости… сломали тебя… И я чертовски рад, что нам удалось это сделать… Ты глумливая, низкая свинья!

– Уведите их, – распорядился Робинсон.

Пираты подскочили к Винсу и Вернону, скрутили им руки за спиной и поволокли к выходу.

Близнец показался над горизонтом кувыркающегося мира.

Два человека сидели на гребне каменистой гряды, обняв друг друга за плечи, и смотрели на астероид. На фоне его тусклого свечения серебристым пятнышком выделялся знакомый силуэт – «Орленок».

– Посмотрим на него в последний раз, – сказал Винс. – Вряд ли у нас хватит кислорода, чтобы дождаться, когда астероиды снова обернутся друг вокруг друга.

– А что нам делать с этим? – Вернон ткнул носком ботинка запасной баллон с кислородом.

– Ты сам знаешь, что нам с этим делать.

Вернон кивнул.

– Однажды о нас напишут в газетах, и наша история потрясет мир, – сказал он, – если, конечно, нас когда-нибудь найдут. Два мертвых человека в космических скафандрах с полным кислородным баллоном у ног. Загадка: почему ни один из них не воспользовался кислородом?

– Я должен что-то сказать, – прервал брата Винс. – Трудно подобрать слова. Стоит ли вообще говорить об этом своему брату… ну, ты понимаешь, каково это.

– Конечно.

– На тебя можно положиться, – сказал Винс.

– На тебя тоже, – ответил Вернон.

– С тобой и умереть не страшно, братишка. Я всегда представлял себе, что мы окончим свои дни иначе. Может быть, с оружием в руках на какой-нибудь отдаленной планете или на борту старого доброго «Орленка», если он взорвется где-нибудь в открытом космосе… но только не так. Впрочем, какая разница…

– Никакой, – согласился Вернон.