Братство талисмана

Поверила я им, как же! Разве такие люди, как они, приезжают отдохнуть в этакую глушь? Да и то, что же это за отдых на целый год? Представляете, целый год они ничего не делали, так, бродили себе по округе и мило беседовали с теми, кто попадался им навстречу. Я помню, деточка, как они пришли сюда, по дороге и через мост, а ты семенила между ними, и они держали тебя за руки, как будто ты не могла обойтись без них, а ведь ты не нуждалась ни в чьей помощи, да, и тогда, и потом. Какие же они были смелые и глупые: расхаживали по Пустынному Краю как у себя дома, да еще с ребенком, совсем крохой, – ни дать ни взять семейство на прогулке.

Если бы кто-нибудь замыслил причинить им зло, само их простодушие и доверчивость остановили бы злодея. Я помню, как они постучались в дверь этого дома и спросили, нельзя ли им тут поселиться. А сердце у меня доброе, всегда было доброе, и я никому не могла и не могу отказывать…

– Знаете, – перебила Мэри, – по-моему, вы лжете. Я не верю, что этот дом принадлежит вам.

Я не верю, что мои родители были вашими гостями. Однако, судя по всему, правды мне от вас не добиться.

– Деточка, – воскликнула ведьма, – ты не услышала ничего, кроме правды! С какой стати мне тебе врать?

– Давайте не будем ссориться, – вмешался Корнуолл. – Скажите, что сталось с родителями Мэри?

– Они ушли на Выжженную Равнину, – ответила ведьма. – Чего их туда потянуло, я не знаю. Они меня в свои тайны не посвящали. Да, оставили мне своего ребенка и ушли на Выжженную Равнину, и с тех пор о них ни слуху ни духу.

– Значит, именно тогда вы, если это были вы, вывели Мэри на тропинку в Пограничье?

– Ну да, ну да. Я боялась за нее. Пошли скверные слухи.

– Какие?

– Не помню.

– Видите, Марк, – проговорила Мэри, – она лжет.

– Разумеется, – согласился Корнуолл, – но нам надо выяснить, сколько в ее словах правды и присутствует ли она там вообще.

– Подумать только, до чего я дожила, – пробормотала ведьма, делая вид, будто вытирает слезы. – Сидят за моим столом, пьют мой чай и обзывают меня лгуньей!

– А бумаги не сохранились? – спросила Мэри.

 – Документы? Или письма?

– Между прочим, – ответила ведьма, – тот же самый вопрос задавал мне другой человек, мужчина по фамилии Джонс. Я сказала ему, что ничего такого не знаю. Я же не любительница совать нос не в свое дело. Меня можно упрекнуть в чем угодно, только не в излишнем любопытстве. Я сказала ему, что на втором этаже, глядишь, что-нибудь да завалялось.