В плену у волка

 – Слушай теперь внимательно! Знахарь этот, Киллиан, будет у тебя теперь все брать по завышенным ценам! И остальным еще расскажет, что у нас дева появилась!

Я почувствовала, что щеки полыхнули, но Лейла лишь отмахнулась:

– Глупости вся эта стыдоба! Она тебя не накормит, а вот зелья из твоих рук многим помогут! – И она отсчитала мне серебряников ровно половину. – А вот это, – протянула она золотой, – спрячешь и достанешь, когда совсем худо будет.

Я сначала отказывалась от вознаграждения, ведь не сделала ничего такого, меня еще и обучали, но Лейла настояла:

– Свои деньги – это свобода, в любой стороне найдешь себе применение и дом обретешь!

И я сдалась, приняла с благодарностью золотой, спрятала в ботинок, и мы вышли на площадь уже не для работы, не для продажи, а для удовольствия: посмотреть на скоморохов, что давали представление прямо посередине улицы.

Вместе со всеми веселились, хлопали в ладоши, смеялись. Я даже забыла на некоторое время о своих злоключениях.

Но всему приходит конец. Кинув по паре монет артистам, рассыпавшимся в поклонах, мы вернулись туда, где торговали оборотни.

Рынок скоро закрывался на ночь, а товара оставалось еще много, но только не у нас – Лейла ловко сбыла все, что мы привезли, Киллиану. Джаред спросил у знахарки, хочет ли она переночевать в таверне и отправиться в обратный путь завтра утром, но та резко возразила, объяснив, что у нее дома полно дел. Альфа лишь пожал плечами, позвал одного из бет, наказал ему присмотреть за всем, а сам решил сопровождать нас домой.

Было немного страшно – нас всего трое, из две беспомощные женщины, до поселения оборотней полдня в пути, а время шло к закату. Но Лейла была непреклонна – домой, и точка.

Джаред на ее упорство лишь кивнул. Видимо, привык прислушиваться к словам знахарки. Оседлал двух коней, на вороного сел сам, на второго усадил нас с Лейлой. Я всеми правдами и неправдами пыталась отказаться, ибо наездница из меня была плохая, но Лейла пресекла все возражения, уселась в седло так, будто в нем родилась, потом заставила меня сесть впереди, прижала к себе и крепко натянула поводья.

– Держись за луку, – скомандовала она, и пнула лошадь пятками. – Пошла! – раздался зычный голос.

Лошадь сразу перешла на рысь. Я хотела оглянуться, чтобы посмотреть, где Джаред, но Лейла пресекла попытку.

– Не вертись, а то свалимся обе.

Я послушалась и замерла, крепко вцепившись обеими руками за луку. В толстых рукавицах было неудобно, но снять их я не решилась.