Шагая по звездам

Все, чем она раньше с удовольствием занималась, было забыто и заброшено. Благотворительные фонды, которыми руководила, от ее имени пополнял Дэн. Он пару раз спрашивал мать о произошедшем на охоте, но она отрешенно отвечала, что на них кинулся дикий зверь, отца растерзал, ее покалечил. И все это абсолютно равнодушным тоном, будто не о смерти говорила, а курсы валют зачитывала. И Дэн был вынужден оставить ее в покое.

Даже малолетний сын Лавинию Карсон не интересовал. Дэну пришлось заниматься и им. Шестилетнему ребенку сложно было объяснить, почему папа больше не вернется, а мама к нему почти не заходит.

Но в последние дни Лавиния будто стала приходить в себя. В глазах появился какой-то блеск, она даже вчера читала Алексу сказку на ночь. Дэниел был рад этому обстоятельству. Надеялся, что со временем мать преодолеет все трудности, и если не забудет произошедшее, то хотя бы примирится с ним.

И вот час назад позвонила няня и попросила отпустить. Сказала, что миссис Карсон решила сама уложить Алекса и отослала ее. Но поскольку нанимателем являлся Дэн, пришлось звонить ему. Разумеется, Дэниел был не против. Он разрешил няне уйти и сам поспешил домой. Однако задержался: позвонил Шон и сказал, что в офисе остались важные бумаги. Пришлось возвращаться, благо уехал недалеко. Но потратил лишних полчаса.

Но наконец он дома. Бросил кейс с бумагами на диван, скинул пиджак, надоевший до чертиков, ослабил узел галстука, а затем и вовсе снял его и швырнул не глядя на кресло. Поднялся в комнату Алекса и приоткрыл дверь. Мальчик спал при свете ночника. Волосы были растрепаны, и Дэн усмехнулся: стоило больших трудов усмирить эту буйную шевелюру. И он уже собирался закрыть дверь, но его насторожил странный звук. Прислушавшись, решительно зашел в комнату и обогнул кровать, вглядываясь в лицо брата.

Так и есть. На лбу испарина, волосы слиплись в сосульки, рот приоткрыт, из него вырываются хрипы. Дэн потрогал лоб – горячий! Попробовал разбудить брата и тихонько дотронулся до его плеча, чтобы не напугать. Тот не проснулся. Тогда Дэн принялся трясти брата сильнее.

– Алекс, Алекс! Ты слышишь меня? Ответь, Алекс!

Но мальчик только беспомощно болтался в его руках, закатив глаза. Иногда будто силился проснуться, мычал, но не просыпался.