Место под звездами

Когда я пришёл в нужное место, мистер Уокер разговаривал с клиентом, но успел помахать мне в приветствии.

– Ты быстро, – Одиссей вытер руки почерневшей от мазута тряпкой и улыбнулся.

Его лицо в пятнах и в испарине. Он одет в желтую униформу, как полноценный сотрудник и свободно общался с каждым.

– Я был неподалёку. Ты, как обычно, до четырёх?

– Папа хочет закрыться позже. Наша машина барахлит, нужно разобраться. А что, наш мистер Всезнайка впервые сам хочет повеселиться? – в конце Одиссей вспомнил о своей манере говорить издёвками.

Я изучал надписи на канистрах с машинным маслом.

– Ты воняешь.

– Спасибо, – мы оба обратили мимолетное внимание на о чём-то громко разговаривающих людей мистера Уокера, и я заметил, что одного сотрудника нет на месте.

– А где Пол?

Одиссей выпил почти половину содержимого из бутылки с водой, затем принялся вытирать лоб чистым платком.

– О нём и шепчутся. У Пола дочка дров наломала, – абстрактно оповестил друг.

Я вопросительно нахмурился, облокотившись бёдрами о стол с инструментами. В помещении стоял ужасающий гвалт, звенели инструменты с каждого угла, по этой причине приходилось говорить громче дозволенного.

– В каком смысле?

– Её изнасиловали.

– Что? – изумился искренне я.

Одиссей закивал головой, убедившись, что нас не подслушивали.

– Они с парнем свиданку устроили в автокинотеатре. Ну, и вот, в общем-то…

– Это сделал её парень? – мне до сих пор не верилось, что подобное возможно.

Если человек влюблён в другого человека, откуда может взяться речь о принуждении? Или о насилии? Любовь с такими понятиями несовместима.

– Я тоже не верю в это. Скорее всего, Кэссиди сама повела себя легкомысленно, а теперь всё дерьмо перекидывает на своего дружка. Отца испугалась.

Реплика Одиссея озадачила меня. Я смерил его укоризненным взглядом и попытался унять дрожь в голосе от злости.

– Откуда сведения?

– Брось, Ной, – улыбнулся левым уголком рта темноволосый, – я знаю Кэссиди, она ветряная.

– Но это не значит, что её можно насиловать.

– Да врет она всё.

– Что об этом думает Пол? – меня раздражала позиция Одиссея, поэтому я решил перевести стрелки.

– Он хочет возбудить уголовное дело.

– Значит, ему известно что-то большее, чем нам с тобой.

– Или им движет любовь отца к дочери.