На лезвии меча

Хорошо?

– Ладно, – согласился Кристенсен, – я подожду.

Сцена 10

Всю следующую неделю Софи обследовала берег озера, слушая ветер и те звуки, что выдувал он из тростника. Но, к сожалению, ничего достойного внимания не попадалось.

И вот однажды, когда ветер шумел особенно сердито и плеск волн смешивался с ним в какую-то грозную и непонятную симфонию, Софи увидела почти на середине озера всплывшую старую, посеревшую камышину, напомнившую ей ствол бамбука, который они с Рене видели тогда на острове.

Тогда. Миллионы лет назад, когда волны океана с плеском накатывались на их разомлевшие от жара бёдра и прохладная, с прилипшими к пальцам колючими песчинками рука Рене легла ей на живот, ближе к лону и Рене сказал: – Слушай малыш, а давай, мы родим себе ребёночка? Семья поможет нам, и ты станешь прекрасной счастливой матерью, а я отличным и счастливейшим отцом…

Это было ещё в той, прошлой жизни, когда казалось, что главное – беременность, а лицензия – так, простая формальность… Как же они ошибались в той, в прошлой жизни.

Эта ошибка стоила жизни Рене и чуть – чуть не угробила её саму, а теперь её семья здесь, но если бы кто знал, как она хочет увидеть Жака, братика Рене, и прижаться щекой к тёплой и морщинистой щеке бабушки Ло.

С каким деловым видом маленький Жак, братишка Рене, набивал патронами магазин автомата, шевеля от усердия губами, как он был забавен в этот момент и как Рене, проходя мимо Софи, с озорным видом хлопал её по заду так, что в ней сразу пробуждалось желание…

Софи вошла в ледяную воду и, отплёвываясь от мелких волн, размеренно поплыла туда, где на мгновения волна показала ей нужную камышину.

Когда она, изрядно продрогнув, доплыла туда, ей пришлось нырять на самое дно и на ощупь искать среди осклизлых стволов и ветвей эту камышину, но поднявшись с чем – то похожим наверх, она чуть не закричала от радости и долго отфыркивалась от воды, попавшей в рот.

Это было почти чудо – нужный ей кусок бамбукового ствола, вылежавшийся в воде не один месяц, а может и год. Как он здесь оказался было непонятно, но Софи сочла, что это знак свыше, тем более, когда она из последних сил шарила среди всякого хлама на дне, ей на мгновение привиделся Рене, который ободряюще улыбнулся ей и пропал среди переплетения ветвей.

Софи сушила бамбуковую трубку много дней.