Год теней

– Да нет, – практически выкрикнула другая. – Смеёшься? Генри Пейдж с ней?

Генри напыжился от гордости, а я, оттолкнув его с дороги, направилась прямо к девочкам.

– Почему это со мной нельзя встречаться? Потому что я чокнутая? – Я дико замахала руками и высунула язык. – Уга-вуга-буга!

Девочки в ужасе шарахнулись в сторону.

– Шизанутая! – воскликнули они. – Отщепенка!

И они удалились, бросая на меня через плечо ошарашенные взгляды.

Мы с Генри молча вышли со школьного двора. Когда подходили к Арлингтон-авеню, начался дождь.

– Ты без плаща? – через минуту спросил Генри.

– У нас на такие вещи нет денег, – неприветливо ответила я.

– Хочешь, дам тебе свой?

– Ни за что.

– А как же благотворительный магазин на Кларк-стрит? Там ты, наверное, сможешь что-нибудь подобрать.

– А ты сходи в уценёнку, где отовариваются нищие, и посмотри, как будешь себя чувствовать, а потом поговорим.

– Я иногда туда наведываюсь, – тихо произнёс Генри.

– Ой.

Тут мне пришло в голову, как мало я всё-таки знаю о Генри Пейдже.

Почему он покупает вещи в дешёвом магазине? Это как-то связано с пресловутой Экономикой? И почему он стал работать билетёром? Может, не из любви к музыке, а из-за недостатка денег? Я не поднимала глаз от тротуара – мне вдруг стало неловко смотреть на Генри. Хотелось задать все интересующие меня вопросы, но я бы нипочём этого не сделала. Партнёры не суют нос в личную жизнь друг друга.

– А знаешь, ты вовсе не такая, – через несколько минут сказал Генри.

– Не какая?

– Как они говорят. Отщепенка. Шизанутая. Это неправда.

Я не знала, что ответить. Вероятно, следовало сказать: «Спасибо», но я не могла выдавить из себя ни слова и просто переставляла ноги, сосредоточившись на том, как выглядят ботинки на фоне мокрого асфальта.

– Честное слово? – спросила я немного погодя.

– Ты о чём?

– Можешь дать честное слово, что я не шизанутая?

– Конечно, Оливия. – Он улыбнулся. – Честное слово.

Я опять не знала, что нужно делать, и поэтому пожала ему руку.

Крепко, по-партнёрски.

Когда мы пришли в «Счастливый уголок», хозяева были заняты с клиентами, и мы с Генри начали изучать полки. Они ломились от кукол вуду и пластмассовых черепов, фигурок драконов и курильниц для благовоний с изображениями китайских тигров, подсвечников с розовыми звёздами и солонками и перечницами в форме толстых пингвинчиков.

Наконец мистер Барски пробрался к нам.