Год теней

Теперь выполняй свою часть сделки: уходи.

Генри сдвинул очки на лоб.

– Но мы ещё не смотрели в кулуарах.

– Тебе нечего там делать. Это частная территория.

– Я постоянно хожу в репетиционный зал, – нахмурившись, ответил он.

– Это незаконное проникновение. – Игорь потёрся о мой ботинок, и я позволила ему прыгнуть мне на руки. – Я могу сообщить в полицию, и тебя арестуют.

Игорь взглянул на меня. «Вот был бы номер».

Генри с сердитым видом собирался что-то сказать, но не успел произнести ни слова: дверь репетиционного зала распахнулась, и оттуда с разлетающимися фалдами фрака вылетел Роджер Фернандес, один из скрипачей.

– Ты свихнулся, старик! – крикнул он кому-то через плечо. Даже не взглянув на нас, он размашистым жестом толкнул дверь, ведущую к выходу, и исчез в глубине парковки.

Мы с Генри изумлённо смотрели ему вслед.

– Похоже, пока мы искали, концерт закончился, – прошептал Генри.

А, это хорошо. Музыканты кричат на Маэстро и даже уходят от него. Такое зрелище я не могла пропустить.

– Пойдём, – позвала я, кивнув на дверь.

Мы вошли в репетиционный зал, и я тут же пожалела об этом.

Глава 7

Маэстро стоял посередине зала, глядя в потолок, а музыканты молча смотрели на него.

Я отыскала Ричарда Эшли – он отошёл к своему шкафчику. Генри самым раздражающим образом шёл за мной по пятам.

– Ричард, – прошептала я, – что случилось?

Ричард приложил палец к губам и покачал головой, но другой рукой обнял меня за плечи.

– Не знаю, что сказать, – в конце концов произнёс Маэстро. – Это… – Он засмеялся, но вовсе не весёлым смехом. – Друзья, это катастрофа.

Я взглянула на Ричарда и впервые заметила, что он выглядит очень усталым, лицо избороздили морщины, фрак выцвел.

Вдруг Маэстро схватил ближайший складной стул и швырнул его о стену.

Все вздрогнули. Ричард задвинул меня и Генри себе за спину, по-прежнему крепко держа меня за плечо. Игорь тихо зашипел.

Стул задел старую подвеску с китайскими колокольчиками, и она упала на пол.

Маэстро повернулся ко всем спиной, приложил руки к стене и прижался к ней головой.

Я попыталась унять панику, скрутившую мне живот, но ничего не вышло. Бедного Игоря я, должно быть, сжала так, что он чуть дышал.

Наконец Маэстро снял с пояса рацию.

– Джереми, подойди за сцену, пожалуйста.

– Сию минуту, сэр, – послышался сопровождаемый треском голос Джереми.