Дитя ярости

Его прикосновения несли ей очищение – сильные загорелые руки, нежность объятий после любовных ласк, то, как он гладил ее волосы… На какое-то время она забывала, кто она и чем занимается.

Но потом Харкан захочет поговорить. Он заглянет ей в глаза в надежде увидеть девушку, которой она когда-то была.

От этой мысли на нее навалилась смертельная усталость.

– Пожалуйста, Эл, – произнес Харкан охрипшим голосом, – ты так мне нужна.

Он избегал смотреть ей в лицо – может, от смущения, или просто боялся остаться один.

Или же стыдился прикасаться к чудовищу?

Перед ее глазами внезапно возникла картина: заплаканное, но непреклонное лицо мальчика за секунду до того, как опустился меч палача.

Сердце Элианы сжалось. Она взяла Харкана за руку.

– Хорошо, но я просто хочу спать.

– Я тоже, – мягко произнес он.

Через окно террасы они залезли в его комнатушку – тесную и просто обставленную, – где повсюду была разбросана мятая одежда. Остальные комнаты, где раньше жила его семья, были заброшены, на дверях висели замки.

Мать и старшие братья Харкана погибли у городских стен десять лет назад, в тот день, когда войска Империи ворвались в город. С тех пор Харкан не прикасался к их вещам, не использовал мебель, на которой они когда-то сидели, кухонную утварь, которой пользовалась мать. Квартира была превращена в склеп, и Элиана опасалась вторгаться в ту часть, где жили близкие Харкана, чтобы ненароком их призраки не завладели ее душой.

Но в спальне Харкана с ее вечным беспорядком она чувствовала себя в безопасности.

За многие годы их знакомства она провела там не меньше ночей, чем в своей собственной комнате.

Она забралась в постель и лежала, ожидая его. Харкан тщательно задернул шторы, оставив окна открытыми, зажег четыре невысокие широкие свечи, стоявшие на маленьком столике, – в память о каждом погибшем члене семьи. Потом снял сапоги и рубашку и улегся в постель рядом с ней, заключая ее в теплые спасительные объятия.

– Спасибо, – пробормотал он, уткнувшись ей в щеку.

Она улыбнулась, подвигаясь ближе.

– С тобой мне всегда спится лучше.

Он тихонько рассмеялся. А потом в комнате воцарилась тишина. Он теребил кончик ее косы в пальцах.

– В один прекрасный день, когда накопим достаточно денег, мы уедем отсюда.

Элиана закрыла глаза. Это было начало любимой истории Харкана, которую он рассказывал ей бессчетное количество раз. У нее не хватило духу сказать ему, что ей невыносимо все это слушать, особенно сегодня.