Дитя ярости

Сначала Элиана старалась не обращать внимания на подобные россказни. Из ее округи пока никто не исчезал, и она не думала, что имперские власти вдруг начнут похищать собственных граждан, особенно тех, кого считали благонадежными. Ее семья уж точно в безопасности. А значит, эти таинственные исчезновения не ее проблема.

Но женщины продолжали исчезать, и чем больше историй ходило о пропавших, тем труднее было делать вид, что ничего не замечаешь. Пропадали чьи-то сестры, матери – их отнимали у близких, забирали, когда они спокойно спали ночью в своей постели.

А потом поползли совершенно нелепые слухи: якобы причиной всему была дыра в небе на другой стороне мира. Возможно, в Селдарии. А может быть, в Сандерленде. История преподносилась по-разному. Некоторые считали, что все в мире взаимосвязано – если есть дыра в небе, значит, где-то будут пропадать женщины.

Но Элиана не относилась к числу сторонников этой идеи.

Вдруг снова послышался отчаянный крик, уже ближе.

Все тело Элианы содрогнулось от странного гнетущего ощущения, по коже поползли мурашки. Казалось, мир покачнулся перед ее глазами, замер на мгновение, а потом снова вернулся на место, и все стало как прежде. Сладковатый запах белых цветов на дереве гемма вдруг показался ей тошнотворно-приторным.

Рядом с ней пошевелился Харкан.

– С тобой все в порядке?

– Ты разве ничего не почувствовал?

– Что я должен был почувствовать? Да что с тобой такое сегодня?

– Мне кажется… – Пространство, видимое лишь боковым зрением, дрожало, словно мираж в знойной пустыне.

– Не знаю, чем вызвано это ощущение. Похоже на то, что чувствуешь, когда рядом адатрокс, но гораздо хуже.

При упоминании имперских солдат – адатроксов – Харкан напрягся.

– Не вижу поблизости никаких адатроксов.

Тут раздался третий крик – еще более душераздирающий.

– Кто бы это ни был, – тихо произнесла Элиана сдавленным, полным гнева голосом, – они совсем рядом.

– О ком ты говоришь? Что происходит?

– О том, чьей крови напьется сейчас Арабет.

Элиана одарила Харкана улыбкой, хищно сверкнув зубами, и вытащила из ножен, висевших на бедре, Арабет – длинный кинжал с зазубренным лезвием.

– Пришло время поиграть.