Пара из дома номер 9

Но с тех пор прошло пять лет, и последние три года Тео и Джен состояли в законном браке.

– Он не скажет мне правду. Отцу следовало бы стать политиком.

– Должен же быть кто-то, кого ты можешь спросить. Я знаю, что твои дедушка и бабушка умерли, но… хоть кто-то, кузен или кузина?

Тео берет жену за руку, и они вместе уходят с кладбища. Он не знает своих двоюродных братьев и сестер. Джен трудно это понять, потому что у нее огромная семья и все они ладят между собой.

– Для начала спрошу у него. И, если он не даст мне ответа, я узнаю сам.

– Хорошо. А я помогу. Чтобы отвлечься. – Она улыбается, но ее глаза блестят слишком ярко. Сердце Тео сжимается.

– Джен… мы могли бы сходить к какому-нибудь врачу. Сдать анализы…

Она качает головой, светлый локон падает ей на глаза.

– Пока не надо. Я еще не готова к этому. Давай пока просто подождем.

Он целует ее руку, но его мысли уже возвращаются к отцу и газетной вырезке. «Завтра, – обещает себе Тео. – Завтра я узнаю, кого и зачем ищет мой отец».

10

Лорна

Слишком темно и тихо, и Лорне трудно уснуть на жестком футоне, зная, что ее дочь со своим мужчиной находятся прямо за стеной. Ей все еще трудно свыкнуться с мыслью, что ее единственное дитя занимается сексом и теперь вынашивает ребенка. Ребенка. Она не может поверить, что скоро станет бабушкой.

Ей не хватает звуков Сан-Себастьяна – смеха и криков подростков, музыки из соседней закусочной. Успокаивающие звуки городской жизни, а не эта богомерзкая тишина. Затем ее мысли возвращаются к Альберто.

Она поворачивается на бок и тянется к телефону, лежащему на сосновой прикроватной тумбочке. Уже за полночь. В Испании на час больше. Но Лорна полагает, что Альберто все еще в своем баре, он неисправимая сова.

Она садится, пытаясь избавиться от навязчивой картины: Альберто в окружении стайки нарядно одетых женщин. Нет смысла лежать и пытаться заснуть – в прошлом Лорна страдала от бессонницы, и все советы, которые она читала по этому поводу, гласили, что нужно встать и чем-нибудь занять себя.

Лорна накидывает свое розовое кимоно, тихонько открывает дверь спальни, чтобы не разбудить Саффи и Тома, и идет по коридору к маленькой спальне – будущей детской. Бывшей детской. Ее тянет сюда, к этой спальне, к этой возможности заглянуть в свое прошлое. Она толкает дверь, скрипит, прежде чем войти в комнату.

На окне нет занавесок, и блик лунного света освещает пятно черного лака, прилипшего, как смола, к одной из половиц.