Рэббит-Джон. Новая тайна

И самое интересное то,

что далее поставщик один и тот же – Константин. И здесь Константин. И там

Константин. Надо же, загадочный Константин имел успех.

Дагмар открыла «Сказки» Гофмана.

– Давайте сверим почерк.

Все принялись переводить глаза с одной книги на другую, и делали это довольно долго.

– Похож! – воскликнул Фальберт. – Это писал Бартольд Мейнер, точно он, – почерк похож! Эмиль, листай дальше.

– Да всё то же самое, но теперь изделия отправляются заграницу. Не все,

конечно, но отправляются.

– Что?

– Заказ от французского двора – рубин в золотой оправе, шестьдесят тысяч

экю предоплата! Это сколько же будет на наши деньги? Даже не сосчитаешь.

– А дата какая?

– Деньги поступили третьего мая тысяча восемьсот шестьдесят четвёртого

года, товар отправлен двадцать восьмого сентября.

– И кто же взялся везти такой ценный груз?

Эмиль пожал плечами.

– Дипломатическая почта, особого рода курьеры. В конце концов, можно

лично доставить.

– Что?

– Отсутствие заказов в течение двух месяцев. Это что же получается – два

месяца ювелир не работал?

– После такого заказа можно позволить себе отдохнуть некоторое время.

– И ещё: теперь почерк другой – похож на женский.

– А куда делся Бартольд?

– В том-то и дело! Больше не видно его руки, он как будто исчез!

Дагмар раскрыла последнюю страницу сказок и прочла: «Обязательно

передать эту книгу моему зятю Джозефу Шварцману из Франбурга, если я не

смогу сделать это лично».

– Это мы знаем.

– Обращаю ваше внимание: «… если я не смогу сделать это лично»!

– И что?

– Значит, Бартольд Мейнер не смог «сделать это лично», если теперь в книге

не его почерк, а чужой, тем более – женский. Он будто предчувствовал что-то.

– Может быть, он отошёл от дел?

– И тут же написал: «Если появится ювелир Джакоб Ланге из Бодена – иди в

полицию».

Все призадумались.

– Действительно, немного странная история, – произнёс Фальберт.

– Немного? – усмехнулась Дагмар. – Теперь слушайте мою версию

происшедшего сто пятьдесят лет назад. Бартольд Мейнер изготовил рубин в

золотой оправе, вышел из дома, чтобы отправить его почтой во Францию, а на него напал Джакоб Ланге из Бодена. Или собрался напасть, а Бартольд ускользнул от него и умудрился спрятать рубин в золотой оправе в какой-то Трубе.

В это время за белой дверью раздался шорох.