Хроники Нарнии: последняя битва. Три повести

 – И добавлял: – Отличная забава! – Или: – Вот это да! Прямо начинаешь верить, что он всё понимает! Это кто-то из вас его выучил?

Это так злило Рипичипа, что он в конце концов чуть не задохнулся и умолк.

Выйдя на берег, обращённый к Дорну, они увидели небольшую деревушку, баркас, который вытащили на песок, а чуть подальше видавшее виды судно.

– Ну, ребятишки, – сказал работорговец, – давайте не ссориться, и вам не о чем будет жалеть. Все на борт.

В этот момент из одного дома – похоже, та верны – вышел какой-то красивый бородач и спросил:

– Что, Мопс, опять с товаром?

Работорговец, которого, как оказалось, звали Мопс, низко поклонился и сказал льстивым тоном:

– Да, если ваша светлость так считает.

– Сколько ты хочешь за этого мальчика? – спросил бородач, указывая на Каспиана.

– Ах этого… Ваша светлость всегда выбирает всё самое лучшее. Только этот мальчик мне самому пришёлся по сердцу. Понравился. Я ведь человек мягкий и не всегда занимался этим делом. Но такому покупателю, как ваша светлость…

– Назови свою цену, подлец! Неужели ты думаешь, я стану слушать, как ты расписываешь своё грязное ремесло?

– Триста полумесяцев, милорд, только для вашей светлости, а кому-нибудь другому…

– Я дам тебе полтораста.

– Пожалуйста, прошу, – вмешалась Люси, – не разделяйте нас. Вы не знаете…

Она прикусила язык, заметив, что Каспиан не желает, чтобы знали, кто он, а мужчина сказал:

– Так, значит, полтораста. Девочка, мне жаль, но я не могу купить вас всех.

– Ну а как же! Разве кто-нибудь может сказать, что джентльмен, промышляющий тем же, чем я, обращается со своим товаром лучше меня? Да я отношусь к ним как к собственным детям.

– Похоже на то, – мрачно сказал мужчина.

И вот настал ужасный момент. Каспиана развязали, и новый хозяин приказал ему:

– Иди туда, паренёк.

Люси расплакалась, Эдмунд побледнел, но Каспиан обернулся и через плечо сказал им:

– Держитесь! Я уверен, что в конце концов всё наладится.

– Эй, барышня, – сказал Мопс, – ну-ка перестаньте! Хотите на завтрашнем базаре быть некрасивой? Будете себя хорошо вести, и вам не придётся плакать, поняли?

Лодка с пленниками подошла на вёслах к посудине работорговца, и всех их спустили вниз, в длинный тёмный и довольно грязный трюм, где обнаружилось множество товарищей по несчастью.