Сотканный мир

 – А ты?

– Со мной все будет нормально, – отозвался он. – Не знаю, что здесь произошло… – Кэл не договорил, потому что память возвращалась к нему. На лице его отразилась тревога. – Ковер…

Он вскочил на ноги, озираясь по сторонам.

– Я держал его в руках, – воскликнул он. – Боже мой, ведь я держал его в руках!

– Они забрали его! – сказала Сюзанна.

Его лицо исказилось, словно он готов был заплакать, как подумала Сюзанна. Но на самом деле это была ярость.

– Чертов Шедуэлл! – выкрикнул Кэл, сметая сваленные на комоде настольные лампы.

 – Я прикончу его! Клянусь…

Сюзанна встала на ноги, все еще ощущая головокружение, и ее взгляд наткнулся на что-то среди осколков стекла на полу. Она снова опустилась и разгребла осколки. Там лежал обрывок ковра.

– Они получили ковер не полностью, – сказала она, протягивая находку Кэлу.

Гневное выражение его лица изменилось. Он взял обрывок почти с благоговением и внимательно рассмотрел его. В узоре этого лоскутка сплеталось с полдюжины мотивов, хотя Кэл не понимал заключенного в них смысла.

Сюзанна наблюдала за ним. Он держал обрывок ковра так осторожно, словно боялся причинить ему боль. Потом он громко чихнул и вытер нос тыльной стороной ладони.

– Чертов Шедуэлл, – повторил он, но уже мягко, без гнева.

– И что нам теперь делать? – спросила Сюзанна.

Кэл посмотрел на нее. Теперь в его глазах стояли слезы.

– Выбираться отсюда, – ответил он. – Посмотрим, что подскажут небеса.

– Что?

Кэл улыбнулся.

– Извини, – сказал он.

 – Должно быть, это заговорил Безумный Муни.

Часть третья

Изгнанники

Скитаясь между двух миров: одним, умершим,

И вторым, бессильным народиться.

    Мэтью Арнольд. Великий картезианец

I

У реки

Они потерпели сокрушительное поражение. Торговец вырвал ковер прямо из рук Кэла. Но хотя праздновать им нечего, они все-таки уцелели. Может быть, именно этот простой факт вызвал у Кэла душевный подъем, когда они вышли из склада на теплый воздух?

Там пахло Мерси: илом и солью.

И именно туда, по настоянию Сюзанны, они сейчас направлялись. Они прошли, не произнеся ни слова, по Джамайка-стрит до Док-роуд, затем зашагали вдоль высокой черной стены, огораживающей доки, пока не обнаружили ворота, через которые можно выйти к верфям. Вокруг было пустынно. Прошло много лет с тех пор, когда последний большой корабль заходил сюда на разгрузку. Они брели через призрачный городок заброшенных мастерских.