Сотканный мир

Вдруг они расскажут что-нибудь еще о том видении?

– Может быть, я и видел что-то, – признал Кэл.

– Никаких «может быть», – отрезала женщина.

– Все как в тумане… – сказал он. – Я помню кое-что, но не совсем уверен, что именно.

– Ты не знаешь, что такое Фуга? – спросил Шедуэлл.

– А с чего бы ему знать? – вставила женщина. – Он оказался рядом случайно.

– Но он же видел, – возразил Шедуэлл.

– Многие чокнутые видели кое-что, но это не значит, что они поняли. Он сбит с толку, как и все они.

Кэла возмутил ее снисходительный тон, но в общем она была права. Он сбит с толку.

– Что ты видел – не твое дело, – сказала ему женщина. – Просто ответь, куда ты дел ковер, а потом забудь все, что промелькнуло у тебя перед глазами.

– У меня нет ковра, – ответил он.

Лицо женщины потемнело целиком, зрачки стали похожи на луны, излучающие тусклый апокалиптический свет.

Кэл снова услышал на площадке скребущий звук, который он изначально принял за крысиную возню.

– Я больше не буду с тобой вежлива, – произнесла женщина. – Ты обычный вор.

– Нет… – возразил он.

– Да. Ты пришел сюда, чтобы ограбить дом старой женщины, и случайно увидел то, чего не должен был видеть.

– Хватит впустую терять время, – произнес Шедуэлл.

Кэл начал сожалеть о своем желании водить эту пару за нос. Нужно было бежать, пока оставалось хотя бы полшанса. Шум с другой стороны двери усиливался.

– Слышишь? – спросила женщина.

– Они кошмарны, – вставил Шедуэлл.

Кэл в этом не сомневался.

– Еще раз, – продолжала женщина. – Где ковер?

И он повторил:

– У меня нет ковра, – на этот раз его слова звучали умоляюще, а не уверенно.

– Тогда нам придется заставить тебя говорить, – заключила женщина.

– Осторожнее, Иммаколата, – сказал Шедуэлл.

Если Иммаколата и услышала, то не обратила внимания на его предостережение. Она слегка потерла средним и безымянным пальцами правой руки по ладони левой, и на этот безмолвный призыв тут же явились дети ее сестры.

II

На волосок от гибели

1

Сюзанна приехала на Рю-стрит около трех часов и сначала зашла к миссис Памфри, чтобы рассказать о состоянии здоровья бабушки. Миссис Памфри зазывала ее в дом с такой настойчивостью, что она не смогла отказаться. Они выпили чаю и поговорили минут десять, в основном о Мими.