Книги крови. Запретное

Чарли начал пересекать эту пустыню, когда через парапет перебрался первый солдат восставшей армии.

Боль в горле добралась до бешено работавшего мозга лишь тогда, когда предательские пальцы впились в трахею. После гонки по пожарной лестнице у Чарли едва оставались силы, чтобы добраться до противоположной стороны крыши (и рухнуть оттуда прямо на бетон). Он споткнулся раз, другой. Ноги стали ватными, вместо связных мыслей голова наполнилась чепухой. Коан, буддийская загадка, которую он однажды увидел на обложке книги, зудела в мозгу.

«Как звучит…» – начиналась она, но, сколько ни старался, Чарли не мог закончить фразу.

«Как звучит…»

«Забудь о загадках», – приказал он себе, заставляя дрожащие ноги сделать шаг, потом еще один. Чарли почти рухнул на парапет с противоположной стороны крыши и уставился вниз. Отвесное падение. Перед зданием располагалась автостоянка. Пустая. Чарли наклонился еще ниже, капли крови срывались с его разорванной шеи, быстро уменьшались и разбивались о землю.

– Я иду, – сообщил он гравитации и Эллен, подумав, до чего славно было бы умереть и никогда больше не волноваться из-за того, что кровоточат десны, или раздалась талия, или красотка, чьи губы он хотел бы поцеловать, но не поцелует, прошла мимо.

– Вы пойдете, – произнес Чарли, когда безрассудные в своем энтузиазме твари полностью облепили его тело. – Пойдете за мной, куда бы я ни шел.

«Как звучит…» – фраза вертелась на кончике языка.

Ах да, теперь до него дошло. «Как звучит хлопок одной ладони?» Так приятно вспомнить то, что упорно пытаешься откопать в своем подсознании. Все равно что найти безделушку, которая казалась потерянной навсегда. Довольный трепет подсластил последние мгновения. Чарли бросился в пустоту. Он все падал и падал, пока не наступил внезапный конец и гигиене зубов, и красоте молодых женщин. Твари дождем летели за ним, бросались вниз, стремясь за своим Мессией, и волна за волной разбивались о бетон.

Для столпившихся у окон пациентов и медсестер это была сцена из мира чудес. В сравнении с ней и дождь из лягушек показался бы обычным делом. Зрелище внушало скорее благоговение, чем ужас. Оно было невероятным. И слишком быстро закончилось, а примерно через минуту несколько смельчаков отважились выйти и взглянуть поближе. Нашли они немало, но все-таки пустяки. Конечно, увидишь такое нечасто и подобный ужас не забудешь. Но особого смысла в нем нет.