Кровавая любовь. История девушки, убившей семью ради мужчины вдвое старше нее

Сделай так, и твоя жизнь сильно упростится…

Дарси оказалась права.

Сразу по возвращении Патрисии из больницы наглая маленькая пуэрториканка сказала:

– Эй, посмотрите-ка, кто вернулся – Фея Динь-Динь из пригорода[6 - Фея Динь-Динь – Tinker Bell в оригинале сказки Дж. Барри «Питер Пэн», одновременно это игра слов, тюремный жаргон: сочетание существа из низшего сословия и феи.].

По коридору у камеры слонялось полдюжины женщин с одинаковым бандитским самодовольством.

Патрисия встала с койки и подошла к открытым настежь дверям камеры.

– Что ты сказала?

– Я сказала, вернулась Фея Динь-Динь из пригорода, – повторила, улыбаясь и оглядываясь на других, девушка.

Патрисия, не мигая, уставилась на девушку своими большими карими глазами. Она шагнула из камеры.

– Что ты сказала? – спросила она снова, на этот раз даже тише.

– Я сказала… – голос пуэрториканки дрогнул, когда две стоявшие рядом с ней женщины внезапно ушли.

– Эй, вы куда, черт возьми? – спросила она.

– Скажи мне еще раз, что ты сказала, – повторила Патрисия. Она сжала губы, ноздри у нее раздулись. Ушли еще две женщины.

– Скажи мне еще раз, что ты сказала.

Она напоминала заевшую пластинку. Глаза у нее были широко открыты, и в них было видно бешенство.

Маленькая пуэрториканка быстро прикусила нижнюю губу и покачала головой.

– Ничего, я ничего не говорила.

Она тоже ушла.

Оставшаяся заключенная, еще одна пуэрториканка по имени Лета, долго изучала взглядом Патрисию, затем полезла в карман платья и вытащила шоколадный батончик.

– Хочешь половинку «Бэби Рут»? – спросила она.

– Черт, да! – сказала Патрисия. – Конфет я не ела даже не помню с каких пор. Заходи.

Лета вошла в камеру Патрисии, разломав пополам шоколадку.

Дарси недооценила продолжительность пребывания Патрисии в тюрьме округа Кук, отдел 3, женская секция. Она не предстанет перед судом за убийство ее семьи в течение года и трех дней после ареста.

Родственники Патрисии – тети, дяди, двоюродные братья и сестры – полностью от нее отказались после того, как ее обвинили в убийствах. Как будто все считали ее виновной. По сообщениям газет, они были заняты тяжбами, связанными с завещанием, а также решали, а не подать ли иск о клевете из-за заявлений официальных лиц о предполагаемой причастности Фрэнка Коломбо к преступному синдикату Чикаго.