Забвение смерти

К тому же Касилис по праву считался сильнейшим магом последнего столетия и подавал очень большие надежды. В академии все только и говорили о том, что он будто богом поцелованный, не то что я…

Что ж, если честно, пока я читала древние скрижали, хранящиеся в королевской семье, мне хотелось рассмеяться и сказать, что все это выдумка. Все же, наверное, стоило бы пояснить, почему именно обозначенное событие имело столь трагическое последствие для меня лично и по какой причине свой рассказ я начинаю именно с этих слов.

В тот момент нам было всего по пятнадцать лет, и накануне принесения клятвы богам мой отец совершил то, ради чего так долго шел к намеченной цели. Ах да, я забыла представиться, Ирберисса Лавгельд, первая в очереди на престол дроу и пока единственная прожившая в этом статусе более трех лет. Дочь кровожадного тирана и смертоносного ужаса всех рас на планете Гватармилка Лавгельд.

А тот самый Касилис Эрнергар, запертый в темнице моего дома, один из великих наследников колдовской семьи, одаренной милостью бога.

Будучи преемником Эрнергар, господствующего рода, управляющего половиной состояния столицы дроу, он был известен с юных лет как «Синий наследник» и был возведен в статус живого воплощения магии и силы. Любимец учителей, дворян и простого народа.

Разумеется, я в этом списке была последней, как «Черная дева». Еще бы, с моей-то магией и королевской выправкой. Точнее, если я хотела выжить в своей семье, то должна была соответствовать громкой фамилии и принятым правилам поведения.

А единственное, что вдалбливали детям с рождения: либо ты убьешь тех, кто стоит у тебя на пути, либо сдохнешь сам, путаясь под ногами.

Коварство, жестокость и алчность – прекрасно подходили для описания моей семьи. Эрнергары были защитниками справедливости и хранителями магии в то время, как королевская семья Лавгельд, совершающая лишь злодеяния, не могла быть примером для подражания. В придачу если уж возникали какие-то проблемы, то мой род решал их радикальными методами, из-за чего другие дроу с нами опасались вести дела.

Все это было обоюдоострым мечом, защищающим страну от вымирания и нападений, делающую ее неприглядной для потенциальных врагов.

Семья Эрнергар уже должна была догадаться о том, что их любимого сына похитили по приказу нашего короля. Однако это было лишь внутреннее убеждение без каких-либо вещественных доказательств. Без улик они не могли обвинить нас в том, что произошло вопиющее преступление.