Темная фея в академии света

Как бы светлые не кичились мирным договором, но даже слова не посмели сказать матушке, когда около дома графа Ватрлайт остановилась черная карета с фамильным гербом. Один только странно крякнул под увесистой рукой моего деда. Артефактор-кузнец – это вам не девица хрупкой наружности, с таким вряд ли поспоришь, зашибет и не заметит.

Достав карманное зеркальце, я щелкнула кольцом по крышке. По верхнему зеркалу побежала рябь вызова. Далековато, но я надеялась, что сигнал достигнет зеркала мамы и свое платье я получу в назначенное время.

– Что случилось, крошка? – передо мной была родительская спальня и взволнованные зеленые глаза папы.

– Папуль, а где мама? – поискала глазами родительницу.

– В душе, – догадалась взглянуть на часы. Половина одиннадцатого, неплохо я поспала.

– Передашь ей, – умиленно посмотрела на папу, – что мне через две недели понадобится бальное платье.

– То безобразие? – усмехнулся король темных фей. – У нас теперь половина двора обсуждает новинку моды.

– Дочка, – мама птичкой впорхнула в зеркало, – я так рада тебя видеть.

– Его еще не было, – мое сердце сжалось. – У нас только знакомство с куратором случилось.

– Кто попался? – папа сел на пуфик и утянул маму себе на колени.

– Регина Люмер, – вновь по моей спине прошлись мурашки.

– Жена императора драконов? – поняли меня родители. – Непростая ведьма, но если ей понравишься, будешь жить не хуже, чем дома в замке.

– Меня уже просветили, – я почесала макушку. – Оказывается, ее сын учится со мной на факультете, только на пятом курсе.

– Лакар – неплохой мальчик, – кивнула мама, – на три года тебя старше. Единственный ребенок у правящей династии. Правда, отец хотел его охранять, как величайшее сокровище империи, но с такой мамой это невозможно. Закончил, как и ты, Святую Ердидид, только версию для драконов. Регина не скупилась, гоняя сына до потери сознания.

– Не в этом суть, – мой голос стал суровей.

– Младший? – родители подались к зеркалу.

– Нет, второй принц, первый сын второй императрицы, – объяснила я взволнованным родителям.

– Не советую, – папа стал суровым королем.

– Я понимаю, – не совсем я была бестолковой, – если секрет раскроется, быть беде.

– Не в этом дело, – отмахнулся король. – Могу хоть сейчас телеграмму отправить, объясняя всю правду.