Темная фея в академии света

Твоя смерть принесет еще больше проблем.

– Да о чем вы говорите? – окончательно запуталась я в нити разговора.

– Понимаешь ли, симпатяжка, – ехидно подмигнул мне призрак, – я Лафариз Латариг.

– Первый гарант мира? – мгновенно вспомнила имя, засевшее у меня в печенках.

– Он самый, – кивнул мужчина, – и как видишь, я призрак, что не упокоен по правилам.

– Как же так случилось? – история принимала интересный оборот.

– Меня заперли тут на долгие столетия. Я не знаю в каком году скончался, – простонал он.

– Вас потеряли где-то столетий двести назад, – припомнила я дату из учебника.

– А кто отец твой на светлой стороне? – не пожелал он продолжать тему.

– Граф Ватрлайт, – без раздумий назвала имя отца.

– Из новой аристократии, это хорошо, – собеседник начал опять говорить загадками.

– Что с вами произошло? – не нравился мне этот разговор.

– Убили, детка, – усмехнулся он в бороду, – как помеху нескончаемой вражде.

– Заговор против мира, – я мгновенно поняла, о чем говорит призрак.

– Умненькая. Может, подольше моего проживешь, – усмехнулся Лафариз.

– Через пять лет ноги моей здесь не будет! – воскликнула я.

– К темным подашься? – он правильно понял меня.

– Естественно, – усмехнулась в лицо призраку.

– А не побоишься? – нагло скосил глаза на двух моих питомцев.

– Там безопаснее, да и статус будет выше, – я равнодушно пожала плечами.

– Тут ты права, – он согласился со мной. – Темнейшую вряд ли тронут. Только доживи сперва.

– Пять лет – это не вечность, – я отмахнулась от назойливого привидения.

– Я тоже так считал, когда оставался преподавать, – зло усмехнулся погибший мужчина.

– И что же пошло не так? – спросила я. Действительно, почему именно его тут заперли?

– Я первый и единственный куратор теоретиков, – сказал он.

Тут у меня волосы зашевелились.

– Получается… – заканчивать было страшно.

– То и получается, – хохотнул Лафариз. – Не глупая, догадаешься.

– Кому же тут можно верить? – вопрос встал неожиданно остро.

– Кто тебя принял? – облетев комнату, призрак вернулся на место.

– Профессор Регина Люмер, – я вспомнила заинтересованный блеск ее глаз.

– Этой можно, – милостиво разрешил он мне.

– А ректор? – припомнила недобрый прищур его глаз.

– От него первого беги, – привидение начало таять. – И помни, мертвые не могут лгать.

– А живые только это и делают, – в памяти всплыло наставление моего первого учителя.