Начало после конца

 – Но у нас не так много времени, как хотелось бы и играть в угадайке не пристало.

– А какая у него группа крови? – выйдя из странного оцепенения, спросила я наконец-то.

– Первая группа, – тут же отозвался криминалист. – Резус положительный. Весьма странно, что его не было в базе, но на всякий случай перепроверь медицинские карты остальных. На кровавый след в этом деле пока никто не обращал внимания.

– Спасибо за информацию! – медленно поднявшись, я ещё раз внимательно посмотрела на документы.

 – Буду ждать заключение и уже потом делать догадки и строить планы.

И что в итоге получалось? Есть трупы и горем убитые родители. Переполошенная общественность и КГБ желающее хоть кого-то растерзать на потеху толпе. Также есть странности, носящие какой-то оккультный характер. Из шеи жертв выкачивали кровь, да ещё и орудие использовали то ли ритуальное, то ли просто старинное. Зачем и почему? Было непонятно. Было слишком много темных пятен в этом дела. И при этом не было совершенно никаких улик.

Ни свидетелей… Ни зацепок… Ни ДНК… Вообще ничего… Словно убийства совершал призрак.

Едва переставляя гудящие ноги, я ввалилась домой, принялась отчаянно оттирать руки мылом и перекисью водорода. Мне казалось это нехитрое действо поможет избавиться от нервного напряжения, скопившегося в кончиках пальцев. Но как бы сильно я не намыливала их снова и снова… Ничего не происходило. Грудь продолжало стягивать узлом паники и нервов. Когда желание содрать с себя шкуру немного притупилось, я истерично рассмеялась и сползла спиной по двери ванной.

В это мгновение раздался стук в дверь и едва не взвизгнув, я двинулась открывать. Этот майский денёк, похоже решил окончательно свести меня с ума.

Но нет… Он просто оказался слишком щедрым на события всех мастей, от которых непременно щемило сердце и хотелось пойти и утопиться. На пороге моей ленинградской квартиры стояла рыжеволосая перепуганная девица с блестящими от слез зелёными глазами. Слегка осунувшиеся лицо и потухшие очи, она сделала шаг вперёд и заключила меня в объятия, немедленно начиная поливать мою шею слезами.

Я же обняла её чуть заторможено, ощущая острую боль в сердце, смешавшуюся с радостью и печалью.

– Я не помешаю? – тихо спросила Олеся, шмыгая носом и протискиваясь бочком в квартиру.

– Нет, конечно, – покачала я головой. – Проходи, что с тобой приключилось? Ты же хотела уехать с Жоржем в Англию. Даже документы собрала.