Начало после конца

 – Я хочу… Хочу увидеть своего мальчика… Покажите мне его! Может быть, это ошибка! Это просто похожий ребёнок! Чей угодно! Но не мой, пусть помирают хоть пачками, только верните мне моего Эдика, живым и здоровым!

– Ошибки быть не могло: в кармане брюк был найден читательский билет на имя Анискова Эдуарда Григорьевича, – не стала я возражать, к тому же, проводить опознание всё равно было положено по протоколу. – Но вы можете проследовать со мной в морг и провести процедуру опознания. Только с кем вы оставите дочь?

– Что случилось? – замерев на пороге, черноволосый мужчина, глядел то на меня, то на рыдающую женщину.

– Эдик мёртв! – с горечью завыла та и зашлась в новом приступе рыданий. – Они… Они не смогли его спасти!

– Этого не может быть… – вмиг побледнел мужчина и прижал к себе супругу.

Из квартиры мы выходили уже небольшой толпой. Дочку, убитые горем родители отдали соседке, которая сердобольно попыталась выспросить что же произошло. Но я лишь грозно рыкнула, что это тайна следствия. Хотя, какая к чертям тайна, в утренней газете уже и так обо всем рассказали.

До обшарпанного серого здания добрались на служебной машине. Медсестра крикнула дежурного и нас сопроводили в холодильник. Увидев в морге тело сына, родственники едва не потеряли сознание. Я понимала, что для родителей это тяжело и больно, но таков порядок, а моя задача, отыскать того урода, кто это совершил!

– Да, это наш сын, – тихо сказал убитый горем отец. – Почему вы не ищите этого душегуба?! Почему позволили ему убить нашего мальчика?! Чтобы вас всех на фарш перекрутило! Никакого толку, только гордо тыкаете во всех своими корочками.

Тьфу! Пошли, говорил же от них никакого проку, могут только штаны просиживать, да водку глушить.

– Не обращай внимания, сами сперва заявления не пишут, сигналы не подают, а как убили, так сразу наши все виноваты, – судмедэксперт закрыл лицо трупа белой простыней и отвёл мрачный взгляд от удаляющихся спин родителей. – Я тут каждый день таких вижу. Скоро привыкнешь и тоже перестанешь обращать внимания на идиотов.

Это не лечится.

Я лишь тяжело вздохнула и согласилась с его словами. К сожалению, тут уже ничего не поделать. События разворачивались таким образом, что я не успевала за ними. Точнее, на меня просто скинули дело, которое могло утянуть за собой всё управление и пустить под откос жизни нескольких сотен милиционеров. А так начальник использует меня, как козла отпущения и все остальные смогут дальше мирно и спокойно жить.