Инфанта без права на жизнь

Постанывая от боли и волнения, кое-как разлепила глаза и с удивлением обнаружила, что я вообще-то не в мотеле.

Комната перед глазами немного плыла, но даже так было понятно, что это не американское захолустье, в которое меня занесло по воле случая. Надеюсь, в отличие от Липкого, я выстрелила прицельнее, и он уже отъехал в мир иной. Еще раз внимательно осмотрев пострадавшую конечность, убедилась, что от огнестрела остался только неровный шрам в форме звезды. Ну да и бог с ним, небольшая цена за спасенную тушку.

Теперь главное – понять, куда меня приволокли братки и с какой целью.

Медленно сев, едва не заорала от ужаса. Передо мной лежала точная копия меня самой, правда, моложе лет на двадцать и стройнее. Ошарашенно повернувшись за спину, заорала уже по-настоящему. Из мутного и явно старинного зеркала на меня смотрела моя двадцатилетняя версия, которая осталась только на фотографиях о роскошной жизни, когда в бытность наивной студентки экономического я умудрилась влюбиться в бандита.

Права была группа «Краски», ничего хорошего мне это не принесло, но и жила я намного лучше многих.

Поджав губы, все же вернула свое внимание девушке, лежащей посередине комнаты. Черные волосы в беспорядке разметались по спине и полу, длинное и старомодное платье врезалось в тело, а остекленевшие глаза с сиреневым отливом, за который меня и полюбил муж, с подозрением смотрели на мир своей безжизненной холодностью. Все это было настолько нереальным, что я даже не бралась осмыслить, как так вышло.

Просто нужно было принять как данность и попытаться смириться с подобным вывертом судьбы.

Самое главное в моей ситуации – я была жива и невредима. Правда, про тело напротив такого было не сказать. Из раны на груди все еще текла кровь, а значит, убили несчастную совсем недавно. Вряд ли бы она попыталась заколоть себя тупым кинжалом. На самоубийство это не походило никаким макаром. Так что теперь надо думать, какую выгоду я могу с этого поиметь. Тот факт, что мы совершенно одинаковые уже не так пугал.

Просто нервировал. Она была явно симпатичнее и намного милее. Интересно, ботокс или гиалуронка? Что она себе колола, чтобы кожа была такой идеально гладкой, вообще без изъянов.

Постучав пальцем по губам, решила осмотреться в помещении. Шарить по чужим вещам нехорошо – говорила мне мама. Но, черт возьми, я жена криминального авторитета, бывшего, сути дела это не меняло. Для меня понятия нехорошо явно имеет другое значение.