Дама Треф. Жизнь без правил

 – Надеюсь, в следующий раз вы задержитесь со мной на подольше. Ведь вы так прекрасны. Не хотелось бы расставаться с вами ни на мгновение.

– Спасибо, но думаю, улизнуть в следующий раз так просто не выйдет, – улыбнулась я ему. – Надсмотрщики реально как в зоне строгого режима. У меня от них мурашки по коже. Лучше с ними не пересекаться.

– Но я все равно буду преданно вас ждать, моя прекрасная леди из сказки, – он никак не желал выпускать мою руку из плена.

– Мне пора, – я вытянула захваченную в плен конечность.

После того, как я вышла на свежий воздух, в голове немного шумело. Я не представляла, что общение с кем-то из низших может быть таким правильным. Он был совершенно другим. Непохожим на Камилена. В нем не было высокомерия, наглости и неотесанности. Напротив, мне понравилось проводить время с драконом. Это будоражило, с ним было легко и спокойно. Словно я могла перестать соблюдать все условности и окунуться в мир новой реальности, где каждый был волен поступать так, как считал нужным.

По какой-то необъяснимой для себя причине я впервые поняла, что значило жить, а не носить маску. Это был мой первый разговор, который не заставлял напрягать мозги и анализировать, а все ли было уместно и в рамках приличия. С Тиленом было так просто и легко, что я сама себе не верила в тот момент. Мне хотелось вернуться за стойку и поболтать еще. Если бы не сопровождающая меня грымза, так бы до вечера сидела в его компании. Такого со мной раньше не случалось, а теперь казалось, что я многое теряла в прошлой жизни.

Тряхнув головой, отогнала странные мысли. Сейчас было не то время и, не то место, чтобы думать о другом парне. Если с младшим Лаурентом происходило неладное, то мне нужно было понять, что именно… Ибо сила Камилена могла в любой момент выйти из-под контроля и разрушить многие магические параллели. Когда ребенок наделен сразу двумя осколочными дарами – это страшно. Его не убили лишь потому, что до осознанного возраста никто и представить не мог, что кроме покалеченной силы сновидца, он еще и даром оживления владел.

Тогда разразился настоящий скандал, от него отвернулись все, и лишь я знала, насколько больно было восьмилетнему мальчику переживать сущий кошмар. Мы жались друг к другу, и он глотал злые слезы, слушая, как из-за двери кричит его мать о том, что родила жалкое отребье, которое не оправдало надежд двух великих семей и опозорила двадцатку истинных.