Амбивалентность любви

Если он взбесится из-за такой ерунды, то роль моего супруга не для него. Сколько бы вы ни просили перестать вести себя по кодексу королевской семьи, я не отступлюсь от своего решения. Пусть я не «Черная» по магии, но не проиграю той дряхлой ведьме из земель драконов! Вы вырастили меня, заменили мне родителей, а теперь пытаетесь пристыдить из-за желания соответствовать королевской крови?

– Вы слишком наивны, принцесса Меридинта, – смущенно опустил голову тот и сжал кулаки. – Мне искренне жаль, что дроу попали в такую ситуацию, но еще страшнее от осознания того, что вы пытаетесь вести себя недостойно.

– Не стоит, Элинорен, – холодно перебила я его.

– Я лишь надеюсь, что ваш будущий супруг будет достойно относиться к подобного рода выходкам, – сурово сказал мой верный слуга, единственный друг и учитель в одном лице.

Я покраснела и отвернулась к окну, не желая продолжать бессмысленный диалог. Мы уже успели проехать городские парадные врата, и теперь находились внутри укрепленной крепости. Колеса кареты стучали по улицам города, ведущим к королевскому замку. Чем ближе мы были к обозначенной цели, тем неувереннее я себя чувствовала. Словно ловушка смыкалась и отрезала меня от внешнего мира. Птичка в золоченой клетке, из которой ей не суждено будет никогда выбраться и вновь увидеть весь белый свет в его первоначальной красоте.

Несмотря на то, что я приказала себе быть сильной, терпеливой и величавой, не позорить родное королевство и народ, страх ледяными нитями опутывал тело, колол в самое сердце и заставлял пальцы нервно подрагивать. Настроение резко скатилось вниз, что не осталось незамеченным Элинореном. На мое благо тот в кои-то веки решил оставить меня наедине с моими собственными мыслями и тоже наблюдал за мелькающими домами. За этот жест доброй воли я ему была премного благодарна, даже слегка оттаяла.

В последнее время я часто слышала от старого слуги, что недостойна быть принцессой. Не такая, как должна быть, слишком взбалмошная, своенравная и своевольная. Хоть Элинорен и не смел перечить воле короля, он считал этот брак единственным правильным решением для такой девицы, как я. Но его слова только ранили меня еще сильнее. Словно в чужих глазах я была простой вещью, которую смогли выгодно обменять.